Книга Подменная кадетка ледяного командора, страница 54 – Николетта Фэй

Под башней холоднее, чем в остальных корпусах. Камень здесь не прогревают, чтобы защитные свитки не отсыревали. Путь к архиву проходит через комнату, где хранят парадные мантии совета; серебряная вышивка на них отвечает сети слабым свечением. Мама была права: Великие дома вшили новый контур даже в собственную одежду, только их нити направлены от Сердца к источникам, а кадетские — в обратную сторону.

Дориан замечает разницу и замедляет шаг. Он проводит пальцами над воротом отцовской мантии, не касаясь ткани.

— Им возвращают часть силы.

Кайден подтверждает: после каждой церемонии избыток распределяли между родовыми линиями. Возможно, главы домов убеждали себя, что получают только награду за участие в защите. Удобное объяснение работает, пока не заглянешь на другую сторону стены и не увидишь пустые кресла.

У внутренней двери Дориан прикладывает перстень. Печать узнаёт кровь, но требует второе подтверждение. Рен поворачивает голову к левому простенку: за камнем проходит управляющая линия, и команда внутри него шепчет номер доступа. Он успевает назвать первые две цифры, затем прикусывает язык и просит затянуть шнур.

Илай не подходит. После Белого зала он всё ещё не может находиться рядом, когда Рена захватывает приказ. Я сама стягиваю узел на запястьях брата. Дориан смотрит на нас, потом вводит названные цифры и добавляет родовой код Крейсов. Дверь открывается без тревоги.

Знамя хранится в дальней части, за матовым стеклом. Полотно свёрнуто на широком валу, и мы видим только край старой вышивки. Добраться до него мешает печать хранителя, зато советские реестры лежат ближе. Дориан идёт к ним раньше, чем госпожа Рейт успевает показать нужный шкаф.

Он ищет распоряжения о первом курсе. Я слышу, как страницы шуршат быстрее, чем он успевает читать. Несколько книг оказываются пустыми: записи перенесли в закрытые вкладки. Перстень Крейсов открывает их одну за другой, оставляя на полях световой след.

Первый список содержит шестьдесят четыре номера. Второй — те же номера и отметки о готовности. На третьем листе стоит сегодняшняя дата и новая строка: «В связи с ускоренным разрушением внешнего щита увеличить глубинный резерв до ста двадцати источников».

Дориан читает число дважды. Потом листает дальше, пока не находит расшифровку обозначений. Фамилии распределены по ожидаемой пользе для рода; курс и происхождение больше никого не интересуют. Совет оценивал, сколько силы человек сможет передать главной линии после совершеннолетия. Тех, чья магия не обещала усилить наследство, переносили в резерв.

Ливия Крейс стоит под номером восемьдесят семь.

Рядом сухая пометка лекаря: «Источник стабилен, наследственный прирост ниже требуемого. Для продолжения основной линии незначим». Ниже — назначение в третий круг прямого отвода.

Дориан не понимает написанного. Он подносит лист к светильнику, проверяет водяной знак, проводит перстнем над строкой. Печать подтверждает документ. Тогда он начинает искать исправление, приложение, любой лист, где отец вычеркнул дочь.

Ливия для него — девочка, которая боится грома и прячет сладости в ящике с перчатками. Для реестра она слабая ветвь, из которой выгоднее вынуть магию, чем позволить ей жить со своим источником.

— Это Хольт подменил список, — говорит Дориан, но уже неуверенно. — Отец не видел имён. Им могли дать только число.