Книга Брошенная невеста. Обманутая жена, страница 132 – Кристина Юраш

— Она ж больная, — пробормотал дровосек.

— Сдохнуть не сдохла. Значит, не больная.

Он опустил глаза. Я смотрела на него и понимала: этот мужчина мог вынести меня из леса. Мог пройти три версты с моим почти бесчувственным телом на руках. Мог разжать железо, перевязать ногу, донести до печи.

Но он не мог перечить собственной жене.

— Она теперь по гроб жизни мне обязана, — добавила хозяйка. — Так что будет дамочка здесь жить.

Я сжала чужую рубаху так сильно, что шов, который только что сделала, снова разошёлся.

— А если я пообещаю, что ничего не скажу про капканы? — спросила я.

Оба посмотрели на меня. Люси — с насмешкой. Джордж — с жалкой, детской надеждой.

— Если вы сообщите герцогу, — продолжила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул, — я скажу, что ничего не видела. Что потеряла сознание. Что не знаю, где меня нашли. Вы спасли мне жизнь. Герцог заплатит. Я… я попрошу, чтобы вас не трогали.

Люси смотрела на меня. Потом скривила губы, обнажая тот самый почерневший зуб.

— Ой, обещания.

Она сплюнула в сторону остывающей печи.

— Один вон мне тоже обещал. Что я чепчик менять каждый месяц буду. Что у меня будет мука в сундуке, масло на столе и сапоги не хуже, чем у лавочниковой жены. А у меня со свадьбы один единственный чепец лежит. Праздничный. И тот мыши погрызли.

Джордж втянул голову в плечи ещё сильнее.

— Люси…

— Молчи.

Он замолчал. Люси снова посмотрела на меня.

— Так что не верю я твоим обещаниям, дамочка. Богатые обещают красиво. А потом делают вид, что совести у них отродясь не было.

— Я не…

— Все вы не, — перебила она. — А ещё ты скажешь, что мы тебя обобрали. И будешь права. Только мне от твоей правоты легче не станет. Герцог с нас шкуру снимет. С меня. С него. С детей, если захочет.

— Детей он не тронет, — вырвалось у меня.

Люси усмехнулась.

— Откуда знаешь?

Я замолчала. Потому что хотела сказать: «Он не такой». И сама же услышала бы, как жалко это звучит после всего.

Он не такой. А кто он? Мужчина, который выбрал меня у алтаря, потому что опоздал к моей сестре. Мужчина, который дарил мне голубое и жемчуг. Мужчина, который сказал, что развода не будет. Мужчина, который сейчас ищет жену.

Меня ли? Или свою ошибку? Свою гордость? Свою собственность?

Я опустила взгляд. Люси заметила и это. Она видела слишком много.

— Вот и молчи, — сказала она. — Умнее будешь казаться.

Джордж снял тулуп и повесил у двери. Двигался тихо, виновато. Большой мужчина, способный таскать брёвна, стоял в собственной избе так, словно занимал слишком много места.

— Люси, — снова начал он. — Ну а если всё-таки…

— Если всё-таки ты ещё раз заикнёшься о награде, я сама пойду к герцогу и скажу, что это ты жену его прятал, — сказала она спокойно, вытирая руки о тряпку. — А я, мол, ни сном ни духом. Понял?

Он побледнел ещё сильнее.

— Ты бы не стала.

— Проверишь?

Он не ответил. Дети молчали. Я смотрела на них и вдруг поняла: они привыкли к этому голосу. К этим угрозам. К тому, как отец опускает глаза, а мать становится выше всех в комнате.

В этом доме тоже был свой герцог. Только в юбке, с потрескавшимися руками и запахом лука.

Люси повернулась ко мне.

— Что застыла? Закончила?

Я посмотрела на рубаху. Шов был кривой. Палец кровил. Нитка запуталась.

— Нет.

— Давай сюда, неумеха! Ничего, научишься…