Книга Брошенная невеста. Обманутая жена, страница 110 – Кристина Юраш

Я посмотрел на Миранду. Очень внимательно. И понял, что раньше не умел смотреть. Я любовался. Желал. Сердился. Страдал. Но не смотрел. А теперь видел все.

— Вы ошибаетесь, — сказал я.

Её улыбка застыла, но сама Миранда побледнела. Это было почти незаметно, но я увидел. Тонкая кожа у виска стала светлее, пальцы сильнее сжали складки платья.

— Олвинд…

— Герцог Арундел, — поправил я.

Тишина между нами стала холодной. Впервые за всё время её лицо потеряло выражение невинной растерянности. На одно короткое мгновение. Потом маска вернулась. Слёзы блеснули в глазах так вовремя, что я почти восхитился точностью.

— Вы жестокий мужчина! Вы… вы разбили мне сердце! Если бы вы знали, как это больно…

Когда-то эти слова разорвали бы меня. Теперь я подумал о щеке Ирьяны после отцовских пощёчин. О её волосах на полу. О том, как она стояла в моём доме, и никто — никто, включая меня, — не понял, какую пропасть она тащит за собой.

— Возможно, — сказал я. — Но это ничего не меняет. Вам пора, графиня Эмери. Благодарю за поздний визит, но впредь постарайтесь не приезжать.

Миранда медленно выпрямилась.

— Хорошо.

Она произнесла это так, будто делала мне одолжение.

— Я уеду.

Я кивнул.

— Немедленно.

— Очень медленно, — добавила она, глядя прямо мне в глаза. — Чтобы у вас было время передумать.

Я молчал.

— И догнать меня, — сказала она уже тише. — Вымолить прощение.

Я почувствовал усталость. Не злость. Именно усталость. Странную, почти старческую. Будто я несколько месяцев держал на руках золотую статую, убеждая себя, что она живая. И только теперь понял, что всё это время обнимал холодный металл.

— Этого не случится, уверяю вас.

Миранда улыбнулась.

— Посмотрим.

Она прошла мимо меня. Лёгкая. Ароматная. Слишком уверенная. Её платье скользило по ковру, почти не издавая звука.

Я не обернулся. Не сразу. Сначала я стоял и смотрел на пустое место, где она только что была. Туда, где должно было остаться сожаление. Боль. Голод. Хоть что-то.

Но осталось только понимание. Очень простое. Очень страшное.

Я больше её не хотел.

Впервые за всё время я почти пожалел Эмери. Почти. Я представил, как она будет ворковать мужу, придумывая оправдания своему отсутствию.

Я дождался, когда она выйдет, и направился к Ирьяне.

Каждый шаг по коридору отдавался в висках. Дом казался мне другим. Не моим. Слишком тихим. Слишком внимательным. Словно стены слушали и уже знали то, чего я ещё не успел понять.

Я остановился перед дверью её комнаты и не сразу поднял руку.

Глупо. Я, Олвинд Арундел, герцог, дракон, человек, перед которым склоняли головы министры и старые роды, стоял перед дверью собственной жены и не решался войти.

Она, наверное, уже спит… И это хорошо. Я бы не хотел, чтобы она была свидетельницей этой грязной сцены.

Я постучал.

Ответа не было.

Я вошёл.

И увидел её.

Ирьяна не спала. Как только я вошёл, она тут же повернула ко мне заплаканное лицо. Глаза были красными. Взгляд — пустым.

И это оказалось страшнее крика. Неужели она всё слышала?

Я сделал шаг.

Она не сказала ни слова.

Только чуть отодвинулась.

Этого хватило, чтобы я понял: она всё слышала.

Я закрыл дверь.

Замок скользнул в паз с тем мягким, почти ласковым щелчком, к которому я привык за годы, — щелчком, за которым обычно следовало либо подчинение, либо тишина. В этом доме всё подчинялось мне. Даже воздух, казалось, замирал, стоило мне переступить порог.