Книга Дракон и Некромант. Мой выбор, страница 61 – Ирина Савицкая

Он встал, подошел к ней, провел пальцами по ее волосам — от виска к затылку, медленно, почти невесомо.

— Ты спасла себя сама, — сказал он. — Я просто стоял рядом.

Лиссандра подняла голову, посмотрела ему в глаза — темные, усталые, но живые.

— Можно я останусь здесь сегодня? Не хочу быть одна.

— Ты у меня и не просишь, — ответил Кайден. — Ты в своей комнате. Я твой гость.

Она усмехнулась — в первый раз за этот день по-настоящему.

— Тогда оставайся. Гостем.

Он подал ей руку, помог подняться. Она шагнула к кровати, но не легла — повернулась к нему, положила ладони ему на грудь, почувствовала, как сердце бьется ровно, как тепло разливается по телу от одного только прикосновения.

— Ты знаешь, — сказала она, глядя куда-то в сторону, — я никогда не делала этого по-настоящему. По желанию. Только… когда приказывали.

Кайден замер. Его руки, уже было поднявшиеся, чтобы обнять ее, опустились.

— Тогда не надо, — сказал он глухо. — Не сегодня. Не торопись.

— Нет, — она снова посмотрела на него, и в ее взгляде не было страха. — Я хочу. Сама. Просто предупреждаю: я не умею.

— Ничего, — ответил он, и в его голосе прорезалась та самая русская, жесткая, но теплая интонация, которая не терпела возражений. — Научу. Не спеша.

Он сделал шаг. Потом еще один. Остановился так близко, что она почувствовала тепло, идущее от него, запах сосны и легкий привкус дыма. Его рука поднялась, не касаясь, только на расстоянии ладони от ее щеки. Она сама подалась вперед. Кожа его пальцев была теплой, шероховатой от работы, но движения — осторожными, будто он боялся спугнуть то, что наконец перестало прятаться.

— Я долго ждал, — прошептал он. — Не потому, что боялся. А потому, что не хотел, чтобы ты выбирала меня из благодарности. Или из привычки подчиняться.

— Я выбираю тебя, — сказала она.— Из желания.

Он наклонился медленно, давая ей время отступить, если захочет. Она не отступила. Их губы встретились не жадно, а тихо, как два потока, наконец нашедших общее русло. Тепло разлилось по груди, рассыпалось по ключицам, заставило пальцы вцепиться в ткань его рубахи. Он не торопил. Только углублял поцелуй, когда она сама потянулась выше, когда дыхание стало короче, когда щека коснулась его скулы, а руки нашли дорогу к затылку. В этом не было спешки. Только долгое, медленное узнавание: можно хотеть. Можно быть желанной. Можно не бояться, что прикосновение станет приказом.

Он провел ладонью по ее спине, чувствуя, как напряжены мышцы, как тело все еще помнит обруч, холод, запрет. Его пальцы остановились у края накидки, не снимая, только спрашивая взглядом. Она кивнула, сама потянула завязки, позволив ткани упасть на пол. Воздух в комнате стал прохладнее, но его ладони, легшие на плечи, вернули тепло.

Он наклонился, взял за руку и повел к кровати. Не нес, не тащил — просто вел, давая ей время остановиться и отказаться, если захочет.

Лиссандра не захотела.

Она легла первой, прижалась спиной к подушкам, смотрела, как он снимает рубаху, как играют тени от огня на его плечах, на шрамах, которые она еще не успела изучить.

— Иди сюда, — позвала она тихо.

Он лег рядом, повернулся на бок, обнял ее так, чтобы она могла дышать. Его рука легла на ее талию — не сжимая, просто обозначая присутствие.

— Я не трону тебя, — сказал он. — Если ты не готова. Мы можем просто лежать.