Книга Цена предательства: Месть по нотам, страница 61 – Lana Rubi

Желудок скрутило в тугой узел. Руки стали ледяными. Каждая секунда приближения к сцене казалась пыткой. Часть меня кричала: беги, спрячься, не смей смотреть ему в глаза. Часть,та, что помнила его руки на своём теле, его ложь в моих ушах, хотела выть от боли и ярости.

Но я заставила себя дышать. Глубоко. Ровно. Я замораживала страх, превращая его в ледяную, расчётливую ярость. На кону стояло слишком многое. Чтобы уничтожить этого предателя, я должна была заставить его дышать мной. Влюбить его в себя. Заставить его смотреть на меня так, как он когда-то смотрел на Алисию.

А потом — уничтожить его.

Зная, что Эдмунд будет в зале, я выбрала самое роскошное, самое откровенное платье из всех, что у меня были.

Хоть Морвен и взял на себя основные расходы нашей миссии, наряды для выступлений я покупала сама. Это было моё условие. Я не хотела сидеть у него на шее. Он, конечно, убеждал меня, что мы неплохо зарабатываем на клубе. Но я знала: его шпионские вылазки обходятся дорого, да и сам клуб нужно содержать. Как я поняла, он даже Дориана уговорил, что денег не нужно. Клуб сам закрывает свои потребности. Поэтому на все мои и Эн девичьи радости я тратила свои деньги. И мне это было в радость.

И вот моя очередная прихоть висела на вешалке в спальне.

Багрово-красное шёлковое платье, балансирующее на грани между искусством и бесстыдством.

Верх наряда полностью открывал плечи и ключицы, удерживаясь лишь на тонких лямках. Вырез декольте был настолько глубоким, что заставлял сердце замирать. Он приковывал взгляд, дразнил, обещал.

Но самой откровенной деталью были два разреза по бокам летящей юбки. При каждом шаге, при каждом повороте корпуса шёлк взмывал вверх, оголяя ноги практически до бедра.

Я шла по грани приличия, как по канату. Но именно это оружие было мне необходимо.

Когда я шагнула на сцену, зал на мгновение затих. Этот агрессивный, порочный образ ошеломил даже видавшую виды валькурскую публику.

Зазвучала музыка, и я запела, вкладывая в голос всю ту страсть и дразнящую недосягаемость, на которую была способна. Мои бёдра двигались в такт барабанам, я извивалась в танце, как змея.

Песню я выбрала специально такую, от которой кровь стынет в жилах. Она идеально подходила под мой образ. И именно это я сейчас ощущала в груди. Сегодняшнее выступление должно было стать кульминацией моего триумфа. Тот, ради кого всё это затевалось, должен был попасться не только в сети желания обладать мной, но и захотеть иметь рядом самую сильную и талантливую певицу империи.

Я должна была стереть образ Алисии из мыслей Эдмунда. Я должна была полностью овладеть его разумом и чувствами. Я должна была поступить с ним так же, как он когда-то поступил со мной.

Мои движения были резкими и чёткими. Моя юбка и юбки моих танцовщиц, то вздымались к потолку, то тихо скользили по полу. Барабаны били прямо в грудь. Я видела, как зал замер. Мурашки бежали по моей коже от адреналина.

Этой песней я била по генералу. Он будет думать, что она посвящена ему. Но это не так. Это песня обо мне. О моей боли и силе. Но ему об этом знать не нужно.

Там, где кончается небо,

Где начинается тьма,

Я оставляю свой след там,

Чтобы найти тебя.

В моей крови — огонь и пепел,

В моей груди — осколки льда.

Я столько раз смотрела в бездну,