Книга Бессмертная тьма, страница 133 – Тигест Гирма

«Пойдем. Ты сделала достаточно».

Руки и ноги Кидан стали двигаться медленнее, потом ослабели. Улыбка Джун погасла. Сестра тоже тонула.

Но потом в тело Кидан хлынула жизнь, и девушка начала бешено биться. Сузеньос вытащил ее из воды, прижав спиной к своей груди, и убрал спутанные брейды с ее подернутого спазмами лица.

— Тш-ш, yené Роана, тш-ш! – Его теплое дыхание защекотало ей ухо. – Ты почти утонула.

Откашливаясь и отплевываясь, Кидан встала на цыпочки, чтобы оказаться с ним вровень и избежать давления его руки.

— Еще хоть раз назовешь меня смертным – убью. – Сузеньос глубоко вдохнул запах у горла Кидан. – Я чувствую, как у тебя в артерии пульсирует кровь. Если не успокоишься, артерия лопнет.

— Я была неправа, – наконец выдавила из себя Кидан, чувствуя, как течет из носа. – Я ошиблась.

— Хм-м, – выдохнул Сузеньос ей в шею, и кожа Кидан покрылась мурашками.

— Хочу, чтобы мы с тобой работали вместе, – выпалила Кидан.

— Проблема в том, птичка, что я тебе не доверяю. Ты та еще предательница.

— Так защищайся! – рявкнула Кидан, потому что ей было страшно. – Не делай себя таким уязвимым.

В ответ на это Сузеньос засмеялся. Громкий, дрожащий звук вибрировал у кожи Кидан, просачивался ей в голосовые связки. Пар поднялся выше, лоб девушки покрылся бусинками пота. Тыльной стороной пальца Сузеньос очертил ее плечи. Кидан зажмурилась, запрещая себе всхлипнуть, кожа туго натянулась. Девушка радовалась, что Сузеньос не видит ее лицо.

— Только ты можешь нагой стоять перед вампиром и обвинять его в уязвимости.

— Не нагота делает меня уязвимой.

— Нет, пожалуй, нет, – задумчиво проговорил Сузеньос и заставил Кидан повернуть голову набок. Их взгляды встретились.

Кидан стерла с лица все эмоции, и Сузеньос поступил так же. Ни тот, ни другая не желали сдаваться, но, как и той ночью в зданиях Южного Соста, ни тот, ни другая не могли отвести глаз. Только теперь в руках у Сузеньоса была Кидан, а не красавица-брюнетка. При воспоминании о той ночи по плечам у Кидан побежали мурашки; предательское и ненужное, по ее телу растекалось желание. Кидан чувствовала, что Сузеньос тоже с ним борется, – его черный взгляд упал ей на губы, потом снова метнулся вверх.

Сузеньос жаждал ее крови, но этот интерес к ее телу стал интересным сюрпризом… Неужели он всегда присутствовал? Неужели в прошлом Кидан ошибочно принимала потемневший взгляд Сузеньоса за желание ее убить, когда это было нечто совершенно иное?

Кидан скупо улыбнулась своему открытию, а Сузеньос еще крепче сжал ее в тисках. Медленно, глубоко, Кидан поцарапала руку вокруг своей шеи. Шипение Сузеньоса было как песня, которую Кидан хотелось слышать чаще. Убивая его, она утонет в наслаждении. Это будет самым эротичным действом, но, как и любое удовольствие, оно наступит в конце.

Проблемой было дождаться. Они были как две змеи, показывающие зубы; яд сводил их с ума от необходимости разрядиться.

— Знаю, ты не похищал Джун, – прошептала Кидан, глядя в бездонные глаза.

— Теперь ты решила мне поверить. После того как лгала, использовала и унижала меня. Я должен тебя поблагодарить?

У Кидан затрепетали ноздри.

— Ты тоже совершал ужасные вещи. Перечислить их?

Сузеньос мрачно усмехнулся:

— Видишь? Вот поэтому из нашего партнерства никогда ничего не выйдет.