Книга Вечная погибель, страница 45 – Тигест Гирма

Декан подтвердила ее догадки.

— Некоторые решают сами – считают, нашим обществом должны управлять вампиры. А некоторые вынуждены. Они – кровные рабы.

На этом слове ее тон стал жестче, и в особняке зашелестели занавески. Когда-то декан отчитала Кидан за это слово. Потому что Кидан использовала его в отношении Укслея, а не по назначению. Теперь ее передернуло от этого отвратительного слова. Самсон – еще не самое худшее существо на свете.

«А если Лусидио обнаружит мечи раньше тебя?»

Именно из-за этих слов Сузеньос помешал ей убить Самсона. Кидан поставила чашку на стол.

Юсеф содрогнулся.

— Значит, все детские страшилки – правда?

Декан мрачно кивнула.

— Только выпускники, такие как вы, знают истинные масштабы происходящего снаружи. Мы делаем все возможное, чтобы защитить акторов. Лусидио создал всеобщий закон, используя тридцать один Дом вместе со своими вампирами, и насильно кормится от акторов.

— Какой кошмар. – Губы Слен изогнулись.

Наконец, подумала Кидан. Слен тоже ужаснулась.

— По вашей просьбе Укслей недавно раскрыл двери для Самсона Сагада, Арин Тавендио и Уорда Уесфина – ваших новых компаньонов.

Они замерли, ожидая продолжения. Знает ли декан, почему они заключили сделку с Нефрази?

Кидан почти слышала мысли Слен.

«Успокойся».

— Интересно, – продолжил декан, – вы знали, что Нефрази когда-то были под командованием Лусидио?

В гранитных глазах Слен засияло удивление. Кидан, наоборот, застыла.

В воспоминаниях Сузеньоса она мельком видела тьму, длинные черные пальцы теней, ужасные крики и бесконечные пытки. И задавалась вопросом, что это такое.

— Многие вампиры страдают от пыток Лусидио. Но лишь немногим избранным удалось вырваться из его хватки и найти убежище в Укслее. Двое твоих спутников, Кидан, когда-то служили зверю, который приказал убить моих детей. Если я решу отомстить за них, как ты говоришь, что мне сделать с Сузеньосом и Самсоном Сагадом?

Рот Кидан открылся и закрылся.

— Я… я не знаю.

Декан посмотрела на нее долгим взглядом.

— Не позволяй ярости брать над тобой верх.

Слен медленно произнесла:

— Как убийц вообще пустили в Укслей?

— Хороший вопрос. Бабушка Кидан, предыдущий декан, предоставляла убежище всем, кто страдает. Восьми отщепенцам разрешили войти, в их числе былис Сузеньос, Тадж и Инико. Некоторые из них сейчас для нас бесценны. Разумеется, после нападения на мою семью я хотела их убрать.

Декан замолчала, и ее взгляд скользнул по портрету на дальней стене. Картина маслом – три серьезных молодых студента. Ее написал Омар Умил.

— Тем, кто проявил себя, позволили остаться. И новым Нефрази придется доказать свою преданность, прежде чем Укслей сможет принять их по-настоящему. Мой компаньон уже провел с ними много времени. Но если вы скажете, что они явились навредить Укслею, я прикажу сиционам уничтожить их сегодня же.

Юсеф теребил край горчичного свитера. В покер ему играть не стоит. Впрочем, Кидан тоже недалеко ушла. Ее нервировали подробности о прошлом Сузеньоса. Тем не менее она старалась не терять лицо.

Им нужно думать о Джи Кее.

А признание, что они сознательно привели опасных отщепенцев, могло закончиться судом мот зебейя. И все же Кидан чувствовала необъяснимое желание сказать правду. Что-то в груди рвалось наружу против ее воли.