Книга Кулинарная магия: Моя прекрасная повариха. Самый вкусный пирог в мире. Черничная ведьма, или Все о десертах и любви, страница 197 – Лариса Петровичева

Теперь, когда я стояла на полу, Виктор вздохнул с облегчением и признался:

— Я страшно за тебя испугался. Все в порядке? Ты не ушиблась?

— Все хорошо, – улыбнулась я и вдруг подумала, что в его руках очень тепло и спокойно и я могла бы стоять вот так хоть сотню лет. – А ты как? Спина болит?

— Уже нет, – ответил Виктор, и я поняла, что сейчас он чувствует то же, что и я. Спокойствие. Уют. Какую-то семейную тишину. – Ты помнишь, что случилось ночью?

Он усадил меня на кровать, подкатил столик с завтраком, и я поняла, что страшно проголодалась.

Во мне текли ручейки силы, красные, зеленые, голубые, переплетались и сливались в реки, и их надо было подпитать. Я тряхнула головой. Нет, надо было опомниться. Вечером случилось что-то, что очень сильно подняло мой уровень, и я должна была взять себя в руки и успокоиться.

— Плохо, – призналась я. – Я решила узнать, что именно прорезалось в Моттоне, из-за чего его убили. Стала искать что-нибудь, связанное с ректором Хотсом, и нашла монету, которую он сунул в мой диплом.

Воспоминание озарило меня, словно вспышка света среди ночи. Я так испугалась оттого, что Хотс меня нашел, что во мне что-то задрожало и взорвалось, отрывая от земли. Видимо, страх и стал тем толчком, который поднял мой уровень.

— Я услышал, как ты стонешь, – сказал Виктор, придвигая ко мне тарелку с яичницей. – Прибежал сюда, увидел Хотса и дал ему пинка.

Я представила, как Виктор пинает артефакторный оттиск личности, и снова рассмеялась.

— Если бы не он, то все бы плохо кончилось, – продолжал Виктор. – Он подсказал, что тебе дать, я нашел мертвую воду и витальный эликсир. А потом Хотс сказал, что ты один из сильнейших волшебников на материке и все это было частью его плана.

— Какого плана? – спросила я, поедая яичницу.

Она получилась настолько вкусной, что мне хотелось прикрыть глаза и промурлыкать что-нибудь. Кулинарный критик Виктор Фаренти знал толк в стряпне. Его ресторан обязательно будет иметь успех.

— Он ничего не рассказал толком, – вздохнул Виктор, и я подумала, что он бодрится и старается быть сильным, но ему сейчас очень тяжело: паучий яд не та вещь, после которой будешь прыгать и плясать. – Но королевство в опасности. Хотс об этом знал и придумал какой-то план. И твой провал на экзамене, и смерть Моттона были его частью.

Виктор сделал паузу и со вздохом добавил:

— Но он на нашей стороне. Если ему верить, конечно.

Руки вдруг сделались слишком тяжелыми, а дождливое утро – непроглядно серым. Хотс меня сломал и разрушил, и оказывается, это было нужно для того, чтобы спасать королевство… А я, похоже, ничего не должна была узнать до поры до времени. Что же должно было случиться, если Хотс взялся разыгрывать такую комбинацию и даже племянника не пожалел? А ведь как он убивался, как показывал, что не верит ни врачам, ни отчетам комиссии, показывал, что ненавидит меня и хочет обвинить в убийстве, а под этой завесой собирался… Усилить меня? Получить могущественную волшебницу после скачка уровня?

— Кажется, у нас проблемы, Виктор, – устало сказала я. – Большие проблемы. Где монета? Давай поговорим с Хотсом.

Я вдруг вспомнила, что наступил новый день – мне надо идти в магазин на работу, создавать протрезвляющие артефакты и лепить обогревающих колобков, а Виктору нужно отправляться в ресторан и контролировать ремонт.