Книга Елизавета, у нас отмена!, страница 131 – Алексей Фирсов

— На остатках не числится, говоришь? — Маша хитро прищурилась. — А давай проверим! В бизнесе, Франц, это называется «ложный дефицит товара». И за него в нормальных фирмах увольняют по статье!

Императрица решительно встала из-за стола, отбросив салфетку: — Обед переносится! Юлиана, бери амбарную книгу, чернильницу и счеты! Вындомский, бери десяток преображенцев и зови сюда обер-гофмаршала Лёвенвольде! Идем снимать остатки по складу алкогольной продукции! Если я сейчас найду в подсобке хоть одну неучтенную бутылку — кто-то поедет в Ялту не на курорт, а каменоломни кайлом рубить!

Через пятнадцать минут у тяжелых дубовых дверей, ведущих в глубокие императорские подвалы Зимнего дворца, собралась внушительная аудиторская комиссия.

Впереди стояла Анна II с закатанными рукавами домашнего платья. За ней — Юлиана фон Менгден, готовая фиксировать каждую недостачу. Чуть позади переминался с ноги на ногу министр двора Лёвенвольде — трусливый завхоз уже понял, что пахнет жареным, и мысленно проклинал день, когда связался с дворцовым общепитом. А замыкал шествие капитан Вындомский с отрядом хмурых гренадер, вооруженных факелами и алебардами.

Келлермейстер Франц трясся так, что ключи на его серебряном кольце звенели как церковные колокола.

— Открывай подсобку, материально ответственный! — скомандовала Маша.

Стукнул тяжелый замок, со скрипом отворились кованные железом двери, и в нос ударил густой, благородный запах старой дубовой древесины, сырости, плесени и дорогого алкоголя.

Маша уверенным шагом профессионального ревизора двинулась вдоль бесконечных рядов стеллажей, где в темноте тускло поблескивали бочки, пузатые бутылки и оплетенные лозой бутыли.

— Так, Лёвенвольде, объясняй мне принципы вашего складского хранения, — требовала дирекция, освещая факелом ярлыки. — Что это за секция?

— Сиречь сектор «А», Ваше Величество! — подобострастно докладывал министр двора, заглядывая в ведомость. — Вина французские, бордосские и бургундские! По ордеру числится триста сорок бочек!

— Юлька, считай! — кивнула Маша.

Немочка с невероятной скоростью побежала вдоль стеллажей, стуча карандашом по бочкам: — Один, два… десять… пятьдесят… Триста тридцать восемь! Разрешите доложить: недостача по сектору «А» — две бочки бордо!

— Франц! Где две бочки? — Маша развернулась к келлермейстеру.

— Усохли-с! Истинный крест, усохли, матушка-государыня! — воздедел руки к потолку саксонец. — Доски старые, щели пошли, вот вино через дерево и испарилось-с! В науке это зовется «доля ангелов»!

— «Доля ангелов»?! — Маша саркастически хмыкнула. — В Люберцах такие «ангелы» обычно в охране или в грузчиках работали! Усохнуть могло пять литров, но не две трехведерные бочки! Лёвенвольде, пиши акт списания, а стоимость этих «ангельских» бочек вычесть из жалованья Франца по тройному тарифу! Идем дальше! Где у вас секция венгерских и токайских вин?

— Сектор «Д», Ваше Величество… в самом тупике-с… — еле слышно пропищал келлермейстер, у которого подогнулись колени.

ГЛАВА 55.ВЫЯВЛЕНИЕ ПЕРЕСОРТИЦЫ И ТЕНЕВОГО СКЛАДА

Аудиторская комиссия спустилась на самый нижний ярус подвала. Здесь, в глубокой прохладе, стояли пустые стеллажи сектора «Д». На полках сиротливо валялось несколько разбитых бутылок и клочья старой соломы.