Книга Ивар и Эрика, страница 62 – Алексей Фирсов

На стенах в городе висели приказы гауляйтера, в которых обещали страшные кары, впоть до расстрела тем виндобонцам, кто укрывает теке.

Эрика боялась, что и ее отправят туда. Она выкрасила опять волосы под блондинку.

— Ты помолодела на два года!

— Только на два? — промурлыкала Эрика, забираясь ко мне под одеяло. Она сбросила лишний вес, что набрала во время беременности и теперь была такой же стройной как на взморье, во время нашей памятной поездки.

На следующий день был выходной и неожиданно под вечер приехал Маркус. Приехал один на длинном, черном «бьюике».

— У тебя кирпич и цемент есть?

— Нет, а зачем тебе?

— Я привез в багажнике мешок цемента — выгрузи.

— Зачем?

— Пойдем в дом, расскажу.

Эрика как раз мыла посуду после ужина. Марика бродила рядом, то, дергая ее за юбку, то, пытаясь проникнуть в кухонные шкафы.

— Какая большая вымахала!

Маркус поднял нашу дочь на руки.

— Эрика положи тарелку и сядь на стул.

— Что случилось?

— Завтра случится.

Эрика послушно села на стул, не снимая резиновых перчаток.

— На ассорской границе в лесу тевтонцы обнаружили захоронение. Несколько тысяч трупов. Все виндобонцы. Это те, кого до начала войны арестовали и вывезли в Ассор… «Враги народной власти».

— Ох, черт!

Я моментально вспомнил Михаила Петровича. Почему он не послушался Эдну?!А Руфус? Он тоже там?

— Далеко их не отвезли, как видишь. Завтра все будет в газетах. Чтобы предотвратить волнения и беспорядки сегодня ночью в лес к Ларибору вывезут три сотни активистов, что сидят в тюрьме и причастны к тем арестам. К ним добавят еще две сотни теке из гетто.

— Для чего? — прошептала Эрика, прижав руку к горлу.

— Чтобы расстрелять, для чего же еще.

— Кто так решил? Гауляйтер?

— Он согласовал все это с виндобонскими властями.

Акцию проведет охранная бригада. Айвар Круминьш вызвался всем командовать.

Все равно, завтра по городу устроят охоту на теке, не исключен и прорыв в гетто. Я пришлю двух парней сюда, но тебе Эрика, лучше спрятаться в том тайнике, в подвале, вместе с Марикой. Когда злоба застит мозги, обычные люди теряю разум и никого не пощадят. Я думал вывезти вас к отцу, но уже поздно. Город наглухо перекрыт.

— Даже для тебя?

— Я уже пробовал. Выезд только по пропуску гайляйтера. А он уехал в Вандерис.

— Умыл руки, сволочь… — прошептала Эрика. — Маркус, но разве так можно — без суда и без разбирательства — убивать случайных людей, невиновных?!

— Активисты невиновны? Гм… Не я это затеял. Главное для меня, защитить вас, моих друзей.

— Ты же полицейский!

— Прикажешь нам с Иваром с оружием в руках защищать гетто? Долго мы простоим против людей Айвара?

— Надо что то делать? Предупредить… остановить… может послать телеграмму в Тевтонию, самому канцлеру?!

— Это не поможет, поверь мне.

Эрика горько разрыдалась и выбежала из комнаты. Малышка тоже заревела, и я взял ее на руки.

Маркус выбил для меня отгул, и я не поехал на работу. Сел на кухне у окна в полицейском мундире. На столе лежал пистолет, у стола стояла винтовка от дядьки Мариуса. На душе кошки скребли. Пролом в стене в подвале мы с Маркусом вчера заделали. Под лестницей на второй этаж выпилили в полу люк, как раз в подвал в тайник. Туда перенесли матрасы с одеялом, набор свечей и воду в бутылях.

Марика испугалась идти в подвал и расплакалась. Она успокоилась только когда Эрика зажгла там несколько свечей. Воздух в тайнике был чистый, об отдушинах скрытых позаботился Мариус еще в прошлом году. Тайник получился на славу…