Книга Выбери меня! или Двойное счастье после развода, страница 16 – Елена Амеличева

Я приложила ладонь к замку. Искра недовольно треснула, узнала меня и стихла. Крышка откинулась. Внутри лежал весь накопленный блеск нашего рода. Диадемы, ожерелья, серьги, браслеты, броши, тяжелые старинные цепи, тонкие наборы для приемов, фамильные камни, драконьи гребни для волос, кольца, которые надевали на помолвки, крестины, похороны и иные официальные формы семейного лицемерия. Все это мерцало, переливалось и смотрело на меня с тем безмолвным достоинством, которым наделены только драгоценности и старые портреты.

— Ну здравствуйте, мои хорошие, - сказала я. - Переезжаем.

— Все? - пискнула Лисса.

Я повернулась к ней с самым невинным видом.

— Лисса, девочка моя, если муж изменяет жене в супружеской постели, он автоматически теряет моральное право на блеск. Это общеизвестно.

Она сглотнула и принялась помогать мне укладывать футляры.

Диадему я взяла сразу. Не потому, что носила ее часто, а из принципа. Есть вещи, которые нельзя оставлять мужчине из обиды. Иначе потом увидишь, как он вручает их Мими под соусом новой любви, и будет уже не смешно, а просто антисанитарно.

Потом ожерелье с сапфирами. Серьги с каплями лунного камня. Два тяжелых браслета работы старого мастера. Три семейные броши. И, подумав, еще гранатовое колье, которое свекровь всегда считала "слишком смелым для Мирты". Вот именно поэтому оно и поехало со мной.

Глава 10 Продолжим

Следующими пошли серебряные канделябры. Тут, признаюсь, даже Лисса перестала притворяться, что удивлена.

— Но миледи, - сказала она уже почти деловито, - они же из большой столовой.

— Конечно. А я, Лисса, много лет жила в большой столовой. Значит, у нас с ними прочная эмоциональная связь.

Канделябры были тяжелые. Красивые. Четырехрожковые, с резными драконьими головами у основания и отличным балансом. Я давно подозревала, что в случае необходимости ими можно не только украшать ужин, но и решать некоторые моральные разногласия. Один я велела завернуть в плед. Второй в старую скатерть, которую никогда не любила.

— Может, и чайный сервиз? - робко предложила Лисса, уже полностью приняв мой метод.

Я задумалась.

— Нет. Сервиз оставим. Пусть они каждый раз пьют чай и вспоминают, что канделябров не хватает.

Ах, воспитательная сила пустоты.

Потом были магические кристаллы. Без них я и правда не выживу. Большой накопительный кристалл из кабинета, два бытовых из восточного крыла, один согревающий из зимней гостиной и маленький, но крайне полезный световой из моей туалетной комнаты. Казель, если что, мог светиться сам. У него это прекрасно получалось всякий раз, когда задевали самолюбие.

Я лично сняла кристалл с подставки в его кабинете. Это было особенно приятно. Комната еще хранила следы его присутствия. Книги на столе, перья, карты, чернильница, бокал с недопитым вином и тот особый запах мужской уверенности, который всегда предшествует большим финансовым провалам. Кристалл вспыхнул у меня в ладони мягким синим светом.

— Миледи, а если заметят? - шепнула Лисса.

— Пусть попробуют сказать, что я не заслужила немного света после такого брака.

Книги я собирала уже почти с нежностью. Человек может пережить многое. Даже измену. Даже ссылку. Даже дракона с Мими. Но без книг жизнь быстро начинает напоминать семейный совет, а я была не готова к таким лишениям. Потому взяла все, что считала необходимым для выживания цивилизованной женщины в Кривых Пнях. Поваренные книги, лечебные травники, сборник по домашней магии, два альманаха по садоводству, старый том о праве наследования, книгу о драконьих родах, чтобы однажды сжечь ее особенно торжественно, и три романа. Не потому, что верила в любовь, а потому, что в дороге должен же кто-то врать красиво.