Книга Школа. Никому не говори. Том 3, страница 89 – Руфия Липа

В субботу к Поспеловым пришла соседка и позвала Любу к телефону. Звонила Наталья.

— Можно к тебе в гости? Только со мной Лена просится. Я же не могу притащиться с ней без твоего разрешения… Отлично! Тогда мы вместе придём!

Лена, едва переступив порог, некоторое время кривила рот и нарывалась на ругань. Люба дала сдачи, а затем на некрасивое поведение второй гостье указала Наталья. Девушке Коробкина пришлось сначала обидеться, потом остыть. А после Ленка расслабилась и начала вести себя с Любой естественно, извинившись за предыдущие нехорошие выходки.

Старших Поспеловых в доме не было. Девочки секретничали, пили чай. Наталья и Ленка начали обсуждать парней, первую близость. Дошло до интимных подробностей Ленкиных отношений с Коробкиным. Ната доверила ушам подруг свою историю с Ибрагимовым. Задетая за живое подробностями чужих тайн, Поспелова не удержала язык за зубами. Ей так хотелось быть не хуже, идти с опытными подругами в ногу, но, слушая секреты девочек про Дениса и Сэро, Люба почувствовала себя неудачницей. И, дабы вернуть себе хоть какую-то уверенность, тихоня поделилась тем, что познала в доме у Паши.

Теперь же, глядя, как темнеет небо над Краснодаром да зажигаются городские фонари, расстроенная школьница не понимала, как её драгоценная непорочная репутация умудрилась испачкаться да разбиться на осколки в глазах повесы. Поспелова хоть и желала перестать быть удобной правильной девочкой, тем не менее привыкла держать планку да гордиться в душе своей порядочностью. Десятиклассница сама дала карты в руки проницательному Сэро, который легко надавил на больные места и пробил брешь, управляя её зависимостью от чужого мнения.

Разбитая и переполошенная, тихоня, волнуясь, размышляла, как теперь ей сгладить острые углы случившегося конфуза и вернуть свою честь в глазах Ибрагимова. Но, привыкшая считать себя виноватой по малейшему поводу, единственное, до чего додумалась девочка, это спрятаться от брюнета подальше и разорвать всякие отношения с его компанией, в глазах которой она была теперь опозорена. «Вернусь в школу и носа из кабинетов не покажу, чтобы не столкнуться ни с ним, ни с Имиром!» – решительно подытожила Поспелова, поёжилась от холода и огляделась.

Тёмный вечер спустился на город, мимо мелькали жёлтые огни машин, а прохожие спешили домой на поздний ужин. «Который час?» – задумалась старшеклассница. На свежую голову резко дошло, что она сидит одна, в незнакомом городе, на неизвестной улице и совершенно не знает, как ей добраться в станицу.

К горлу подкатил приступ паники: «Сэро и Илья сейчас сидят в тёплом автобусе на полпути домой! Господи, что я натворила?! Сколько времени? Что мне делать?!» Люба вскочила с лавочки и огляделась: никаких знакомых примет, чужие лица. Всё, куда бы ни падал взгляд, странное, неродное. Она не помнила, как оказалась в этом месте, потому что на пике эмоций не обратила внимания ни куда бежала, ни на запоминающиеся по пути городские приметы.

В голове нарисовались картины ночёвки на улице, в парке, на лавочке, приставания городских бомжей и много чего похуже. Поспелову в ужасе затрясло. С подкосившимися ногами девушка села, пытаясь вернуть хладнокровие, чтобы продумать, как быть дальше. Она искренне жалела, что на нервах убежала от брюнета. Успокоиться не получалось, потому что в такой ситуации домашняя, тепличная Поспелова оказалась впервые. Девочка истерично задёргалась, из последних сил сдерживаясь, чтобы не разреветься вновь, сгорбилась и, покачиваясь, закрыла лицо руками.