Книга Школа. Никому не говори. Том 4, страница 62 – Руфия Липа

Отличник, медленно жуя, иронично покосился на брата, ничего не ответив.

— Соизвольте, пожалуйста, дать Вашу бесподобную оценку Любиному шедевру. А то дома всех домашних своих ханжеством заел! Руслана благодаря тебе на кухне в стойку встаёт.

— Не прибрёхивай! – прожевав, лениво отозвался близнец. – Люба, не слушай его, он врёт самым бесстыжим образом! Никого я дома не достал…

— Достал-достал! – поддакнул неожиданно Коробкин.

— О, слышал?! – подскочил, ликуя, Сэро. – Устами Денисыча глаголет истина!

— Истина в том, что я просто люблю возиться на кухне, – спокойно сказал девочке Имир, не поддавшись на провокацию. – Котлеты жёсткие, потому что мясо гуся для них не подходит, ну и ты их пережарила. Если разрешишь, дам совет.

Смущённая критикой, Поспелова, сжавшись от неловкости, согласно кивнула.

— Немного их прожаривай в масле по бокам до красивой золотой корочки, а потом либо подливай в сковородку чуть-чуть воды и накрывай крышкой, убавив огонь, либо отправляй париться в духовку. Так же с водой на дне, под крышкой. Чтобы котлеты были сочные, внутрь каждой добавь кусочек сливочного масла.

— Ого! Не знала! – восхитилась сверстница. – Спасибо!

— Не за что, – приветливо улыбнулся цыган. – Я вообще еду в чужих домах не критикую, даже если отзыв просят. Уж извини моего дикого невоспитанного брата за то, что он – болван и невежа – лезет в каждую щель с непрошеными советами.

— Эй, Имир, не заносись! Хитрый какой! Русланкиных подружек вчера за пригоревшие гренки до слёз довёл!

— Русланкины подружки завоняли горелой копотью всю кухню в моём доме. Пришлось долго проветривать. И мыл посуду да сковородки за неумехами тоже я. Так что критика в моём собственном жилье была очень даже к месту. А у Любы мы – в гостях. И она, если ты не заметил, наше мнение о еде озвучить не просила. Тебе стол накрыли, а ты давай котлеты разносить. И харе жрать, блин, Сэро! Литровую банку клубничного варенья в одно рыло сточил! Спасибо хоть скажи!

— Спасибо, Люба! – брюнет, давясь от смеха, выскрёбывал ложкой остатки ягод со дна тары.

— Вот прожорливый гад! – Имир насильно отобрал у повесы банку да отодвинул тарелку с пряниками под сиплый хохот Дениса. – Надо и мёд подальше убрать. А то и его заточит, не успеем моргнуть. Жопа не слипнется?

— Не слипнется. Я же о тебе забочусь, братишка любимый! Всё самое сложное на себя, горемыку, беру. Лучше уж пусть моя жопа слипнется от клубники, чем твоя!

— Да пошёл ты! Страдалец горемычный нашёлся! Иди лесом от варенья, говорю!.. Люба, у тебя на телеке есть исторические или документальные каналы? Мы для Сэро щас включим, чтоб он обжираться перестал.

— Нет, только пять каналов.

— Почему так мало?

— Больше антенна не ловит.

— Спутниковую тарелку купите, – посоветовал Ден.

— Родители не хотят.

— И правильно! – подхватил Сэро. – В сортир без света на край огорода бегать куда увлекательнее! Где можно руки помыть?

— Вон там, – хозяйка кивнула на узкую белую дверь.

— Это ванная? – поинтересовался он, едва зайдя туда.

— Нет, котельная.

— Я вижу. Котёл стоит. А нахрена ванна тут?.. Рядом с газовым котлом ванну нельзя!

— Она не подключена ни к воде, ни к септику.

— На фига тогда место занимает?.. А, знаю! Чтобы было тебе на свадьбу приданое! Угадал? – повеса высунул глумливое лицо из-за дверного косяка и звонко рассмеялся.