Книга Школа. Никому не говори. Том 4, страница 126 – Руфия Липа

— Вот уж, нет, спасибо! – посерьёзнев, сухо отозвалась Поспелова. – Не вижу никаких причин для мира с этим грубияном и пошляком!

— Ясно, – хитро улыбнулся Денис, посмотрев в сторону.

— Зачем вообще спросил? – недовольно поинтересовалась она, скрестив руки на груди.

— Да так, – уклонился от прямого ответа приятель. – Тебя в общей компании не хватает. Ты же, когда там Сэро, не заявишься!

— Можно подумать, раньше часто заявлялась!

— Раньше было раньше. Сейчас – другое время. И всё поправимо. Поругались из-за ерунды…

— Для тебя ерунда! – холодно перебила девушка. – А для меня – куча гадостей! Если я в своё время так Ибрагимову неприятна была, мог бы и не общаться! Что он себе…

— Оу, всё, Люба, извини! Зря я тему поднял! Давай забудем, о´кей? Твои отношения с Сэро меня не касаются, – быстро свернул разговор Коробкин.

Поспелова благодарно выдохнула. Парень с пониманием улыбнулся, зная, что слукавил.

Денис восхищался Любой. Ему импонировали её неприступная самолюбивая натура и сдержанность. С отзывчивой тихоней было приятно общаться не только из-за острого пытливого ума и начитанности, но и благодаря её заботливости и хозяйственности. Разгульного шатена вовсе не смешила и не смущала наивность девочки насчёт парней. Неброская закрытая одежда Любы в глазах Дениса оставляла загадку в отличие от провокационных нарядов других местных девчонок. От влюблённой Наты он знал, что Поспелова – девственница, но это его не провоцировало на пакость или ёрничанье. Любин выбор юноша уважал, а при Нате не подавал виду, что интересуется скромной ровесницей.

Коробкин любил находиться рядом со стеснительной десятиклассницей, замечая, что меняется сам. Привыкнув к общению с девичьим кругом совершенно иного толка, разнузданный парень перестроился и увидел новые пути для роста. При Любе неотёсанный юноша подбирал выражения, не позволял себе ругаться матом, стремился быть вежливым – библиотечной мышке невольно приходилось соответствовать. Он прекратил напиваться, предпочитая держаться, как близнецы: где-то немного накренить за компанию, где-то пригубить, но чаще всего наотрез отказаться.

После ссоры с Сэро школьница не просто выросла в глазах Коробкина, а поднялась в цене, побив все немыслимые рекорды. Поспелова за период его четырёхлетней дружбы с цыганом была первой девушкой, что дала черноглазому красавцу от ворот поворот да ещё и держала осаду, оставаясь неприступной, несмотря на все поползновения.

Денис специально изредка упоминал о ссоре, чтобы понаблюдать за реакцией обоих. И если гордячка демонстрировала по отношению к Ибрагимову злопамятность, обиду и холодность, то Ибрагимов едва подавлял интерес и желание зацепить бывшую подружку позаметнее да побольнее. Повеса, отмахиваясь, говорил другу, что ему похрен, но тоску со смазливого лица стереть не мог. Шатен от души веселился с одной только мысли, что строптивого Сэро умудряется ломать не какая-то там звёздная фифа, а скромная домоседка, любительница книг.

Помня о неудачных приставаниях, Денис робел и переживал, а тихоня этим пользовалась, держала дистанцию да ещё больше важничала. Поспелова понимала, что шатен её ценит выше, чем Наташу и Лену, да гордилась, что может получить большее – уважение, покровительство и поддержку. Поэтому Люба, стоя в обеденные часы возле телефона соседки, и набрала номер Дениса – кроме кладбища её волновала проблема, которую она сама устранить была не в состоянии.