Книга Ипотечная жена по совместительству, страница 41 – Аделаида Дрозд

— Э… Привет, — хрипло сказал он. — Как ты? Температура есть?

— Спала, — тихо ответила она.

— Хорошо, — он кивнул, потянулся. Потом его взгляд упал на разбросанные лекарства, и он смущённо начал их собирать. — Я, в общем, тут посидел. На всякий случай.

— Я вижу. Наступила неловкая пауза. В ней не было привычного напряжения. Была какая-то новая, необъяснимая мягкость. — Спасибо, — наконец сказала Злата. Не за лекарства. Не за бульон. За всё.

— Не за что, — отмахнулся он, но уши у него покраснели. — Ты бы на моём месте тоже… в общем, ладно. Сейчас чай сделаю. Тот, лечебный, с имбирём. Там в ролике говорили…

Он поднялся и, потирая поясницу, вышел из комнаты. Злата осталась лежать, глядя в потолок, и прислушиваясь к звукам с кухни — уже знакомым, уже почти родным. Болезнь отступала. А что-то другое, тихое и непонятное, наоборот, просыпалось.

Сначала были намёки. Тревожные, но тихие. Егор замечал, что Злата стала приносить работу домой — не просто в виде ноутбука, а в виде тяжёлого, липкого облака молчаливого напряжения. Она засиживалась допоздна, щёлкая клавишами, а утром вставала с синяками под глазами. Перестала смеяться над их бытовыми мемами. Даже его фирменный бульон катастрофы, который он с тех пор как-то научился варить более-менее съедобным, она ела молча, уставившись в тарелку.

— Всё в порядке? — спросил он как-то вечером, когда она в десятый раз вздыхала, глядя в экран. — Да, просто работы много, — буркнула она, даже не поднимая головы.

Но он знал, что это не просто работа. Что-то было не так.

Правда ворвалась в их квартиру в четверг вечером, с грохотом и матом. Злата влетела в прихожую, с силой швырнула свою кожаную сумку в угол и с криком — Да чтоб ты провалился, старый козёл! — Запустила свой телефон в диван. Тот отскочил и упал на пол с глухим стуком.

Егор выскочил из своей комнаты, приготовившись к худшему — к потопу, к пожару, к нашествию соседей с перфоратором. — Что случилось?!

Злата стояла посреди комнаты, дыша как загнанная лошадь, её лицо было искажено такой яростью, какой он у неё ещё не видел.

— Сокращения! — выдохнула она, словно это было ругательство. — Объявили сегодня. Оптимизация, блин! Структурные изменения! Она начала мерить комнату шагами, жестикулируя. — Пол-отдела под нож! И мой проект — приостановлен! А этот усатый таракашка, мой начальник, вызывает меня и так, знаешь, сладким голоском говорит: — Златочка, мы высоко ценим ваш вклад, но в новых реалиях… Вы понимаете. — Понимаю! Понимаю, что он меня хочет выжить! Уволить по статье или понизить до ассистентки с зарплатой студента! А ипотека?! — последнее слово она выкрикнула почти с отчаянием и вдруг схватилась за спинку стула, как будто силы её оставили.

Ипотека — это слово повисло в воздухе, тяжёлое и холодное, как гиря. Их общая, пока ещё тихая, но уже реальная угроза.

Егор осторожно подошёл, поднял её телефон с пола. Экран, к счастью, был цел. — Спокойно, — сказал он, хотя самому было не до спокойствия. — Давай по порядку. Что именно он сказал?

— Что у меня есть неделя, — голос Златы дрогнул, ярость сменилась чем-то вроде испуга. — Неделя, чтобы пересмотреть свои приоритеты и показать лояльность компании. А по факту — неделя, чтобы согласиться на унизительные условия или получить расчёт. Он знает, что у меня ипотека! Он это использует!