Онлайн книга «Бездна с мягкими стенами»
|
Глеб Глебович упрекал: — Согласитесь: телесно-ориентированная психотерапия больше похожа на бред. Неужели вы всерьез считаете, что полноценный оргазм – единственный ключ к психическому здоровью?[30] Макс хохотал: — Так люди верят! Не скрывал молодой друг и того, что с юности мечтал не методично, по шажочку, врачевать душевные недуги, но избавляться от них по взмаху волшебной палочки, с помощью единственной чудо-таблетки. Идеями, понятное дело, делился со старшим товарищем. Глеб Глебович сказал сразу: в психиатрии, со всем ее многообразием диагнозов, подобное невозможно. Однако исследованиями в сфере создания сверхэффективного ноотропа заинтересовался. И даже после долгих сомнений опробовал препарат на одном из своих клиентов – актере Эрике Шелепихине. Результат получился неоднозначным. Однако, несмотря на побочные эффекты, главная цель была достигнута. Иностранный язык его подопечный смог выучить. От школьного уровня «London is the capital of Great Britain»[31] – до практически свободного. Всего-то за две недели. Клуб знатоков Сейчас Макс покаянно говорил: — Глеб Глебович, мы здесь собрались из-за моего протеже Егора. Я это скрывал от вас, но сей юный химик считал: ноотроп, «таблетка для учебы», – ерунда, баловство. Да, он работал над препаратом – но только потому, что я финансировал исключительно его. Однако куда больше Егор интересовался «темной темой». Мечтал создать средство, превращающее нормального человека в вашего клиента. Я так понимаю, он потихоньку продолжал экспериментировать в этой области. И когда мы разошлись, я практически не сомневался: мой бывший коллега доведет начатое до конца. Так что как только вы мне рассказали про своего необычного пациента, я сразу предположил: тут без «темного» лекарства не обошлось. Обернулся к Филиппу, спросил доброжелательно: — Страшно, наверное, когда сон в настоящую галлюцинацию превращается? Пацан хмыкнул: — А вы как думаете? Реально можно кукухой двинуться. Хель, кстати, и сейчас здесь. Рядом с Толиком стоит. Инга взвизгнула, инстинктивно отшатнулась, знатоки заулыбались. Глеб Глебович достал из портфеля несколько скрепленных степлером листков. — Позавчера на рассвете Филипп сбежал из психиатрической больницы, попал ко мне в дом и там начал активно галлюцинировать. Пришлось усмирять. Когда он заснул, мы вызвали лаборанта и заказали расширенный анализ крови на интоксиканты. Вот его результаты. Больной получил психоделик, делириантный алкалоид и психостимулятор. — У Риты все то же самое! – выкрикнул Кречет. Глеб Глебович продолжил: — Концентрации веществ мизерные, определяются только высокоточной аппаратурой. Я проконсультировался с химиками. Они считают: Филиппу дали препарат, который однозначно является продуктом серьезного, многоэтапного синтеза. Предполагают: сначала, вероятно, был культивирован гипокситропазин. Затем его концентрат ввели в биореактор с заранее подготовленной аминокислотной матрицей. Далее, после интубирования, получили тропасерин, потом ввели соль лития для стабилизирования компонента. Благодаря ей образуются структуры в виде кристаллов, которые постепенно разрушаются, что позволяет медленно высвобождать препарат, а также усиливать и продлевать его эффект. Затем добавляется видоизмененная форма фенциклидина с использованием ультразвуковой обработки для создания неустойчивых структур. Благодаря этому молекула становится более реактивной и способна вызывать резкие эффекты. |