Книга Бездна с мягкими стенами, страница 122 – Анна и Сергей Литвиновы

Перевел взгляд на Кречета:

— Жду твой вопрос.

Тот усмехнулся:

— Я, кажется, догадываюсь.

— Да, это был Лодейкин Константин Михайлович. Главный врач психиатрической клиники имени Баженова.

На лице Кречета отражалось смятение, но, к счастью для Макса, не ярость. Он растерянно пробормотал:

— Получается, вы с самого начала все знали?

— Да.

— И вы хотели закопать и Лодейкина, и Егора?

— Я не питал к ним обоим личной неприязни. Но то, чем они занимаются, следовало пресечь. Разве не так?

— Получается, я, когда вам заказ привез… попал в ваш дом не случайно?

— Нет. Я задолго до тебя проделал огромную часть работы.

— Но почему именно я вам понадобился?

— Слушай, ну мы ведь все умеем мыслить логически. Я с большой долей вероятности предполагал: Юлия Клюева стала одной из первых жертв Лодейкина и Егора. Ну а дальше, – он обернулся в сторону знатоков, – коллеги выяснили: у нее, оказывается, был жених. Молодой, но очень толковый парень. Который горит мщением. Так что прости. Все было специально подстроено. И то, что заказ от меня достался именно тебе. И то, что он оказался в тот день последним.

— А я-то думал: фатум. Судьба, – горько усмехнулся Кречет.

— Судьба в том, что мы действительно тогда искали в свою команду шестого. И когда с тобой пообщались, я сразу понял: ты подходишь по всем параметрам. Не только для интеллектуальных игр – для дела тоже.

— Но почему было сразу не рассказать? – воскликнул парень почти в отчаянии.

— Зачем? – пожал он плечами. – Ты хотел осуществить собственную месть. А если бы я рассказал тебе про Егора, ты мог подумать: «Меня хотят использовать. Втемную». Я прав?

— Пожалуй, да, – неохотно признал Кречет.

Макс продолжил:

— Возможно, мы виноваты, что промолчали. Но подумай сам. Я ничего в этой ситуации не выигрываю. И ничего у тебя не прошу. Ты с моей помощью получил доказательства и возможность воздать злодею. А если Егор здесь замешан – ты ведь не будешь возражать, что он тоже поплатится?

Кречет закрыл лицо руками. В кабинете снова повисло молчание. Первой его нарушила Инга. Сказала неуверенно:

— Ну… мне так кажется… вы довольно лихо придумали. Все действительно получили ровно то, что хотели. По деяниям своим. И по заслугам.

Кречет по-прежнему молчал. Хозяин дома мягко сказал:

— Прости меня.

Глаза у парня сузились:

— В шахматы вы мне тоже специально поддаетесь?

— Господи, нет конечно!

А Инга робко и нежно положила руку ему на колено.

— Не забывай: наш клуб знатоков – особое сообщество, – улыбнулся Макс. – Мы ставим великие цели и вместе их добиваемся. Но никто, ни один из нас не получает материальной выгоды.

Сотрудник управления «К» усмехнулся:

— Могу походатайствовать, чтобы вам премии выписали. От МВД.

— Есть за что? – удивился Макс.

— Возможно. Но прежде я хотел бы узнать, чем для Кречета закончилась эпопея в Баженовке. И послушать аудиозапись разговора с Ритой Махаевой.

Просыпался все последние разы я со страхом. Еще в полудреме первым делом оглядывался по сторонам: на месте ли Хель? И пусть Глеб Глебович уверял: мы ее победим, – пока что она сваливать отказывалась. Сейчас тоже увидел: болтается серо-белой тенью у окна, лыбится злобно.

Я тоскливо подумал: «Вдруг мозгоправ гонит? И я все-таки полный ку-ку?!»

Повернулся к своему кошмару. С вызовом спросил: