Книга Аноним, страница 134 – Урсула Познански, Арно Штробель

Он тоже замечает. В отличие от Тома, который постоянно опускает голову и едва держится на ногах, Даниэль до сих пор стоял совершенно спокойно, но теперь всё тело дёргается. Он ищет камеру взглядом и находит.

— Это не подвал, скорее ангар, — начинает он. — Похоже на бывший производственный цех. Слева от меня что-то вроде конвейера.

Поначалу голос хриплый, но быстро крепнет.

— К сожалению, я не могу сказать, в каком районе мы находимся. Траяна я тоже не видел.

Ружьё снова едва заметно дёргается в его сторону. Если верить красному индикатору над стволом, уже четыре градуса. Взгляд Даниэля мечется между камерой, оружием и третьей точкой. На ней полностью сосредоточен Том.

Что там? Я увеличиваю изображение. Тёмная тень с резкими краями… задняя стенка монитора. Траян заставляет жертв в прямом эфире наблюдать за решением, словно показывает им положение в зеркале.

— Позвони, пожалуйста, в больницу. — Я едва узнаю собственный голос. — Легионер должен сказать, где находится этот цех. Описания Даниэля недостаточно. И пусть сообщит, кто ещё там есть. Кто-то должен был приковать обоих — сам он этого сделать не мог. Иначе они стояли бы так с утра и теперь уже висели на наручниках.

Спасение в профессиональных рассуждениях помогает: создаёт иллюзию, будто я ещё не окончательно утратила контроль. Не знаю, сколько сумею себя обманывать, потому что ствол снова дёргается в сторону Даниэля.

Он на миг закрывает глаза. Снова открывает и смотрит прямо в камеру.

— Послушайте, — говорит он, — вы можете это остановить. Сделайте так, чтобы ружьё не было направлено ни на одного из нас. Если удержите его голосами посередине или вообще не будете голосовать, никто не умрёт.

— Да, верно, — подхватывает Том.

Кажется, он вот-вот заплачет.

— Никому не нужно умирать. Если вы просто ничего не будете делать, то…

Словно отвечая на призыв, ружьё снова движется — впервые в другую сторону. К центру. И всё же Том начинает рвать наручники, будто уже оказался на линии огня, однако цепь закреплена между двумя держателями так, что в сторону её не сдвинуть. Уйти с траектории выстрела не сможет ни один.

Я почти не замечаю, как позади открывается дверь, врывается Марк, а вслед за ним Фогельбуш. Кристоф уже разговаривает по телефону — судя по всему, с врачом, который упирается и не желает никого пускать к единственному человеку, способному нам помочь.

— Я поеду туда! — бросает Марк и тут же выбегает.

Он направляется к легионеру, который, возможно, вовсе не Траян, а лишь хорошо оплаченный сообщник — из тех тридцати миллионов долларов, которые, вероятно, принёс троян 666.

— Они нас найдут, — тихо, успокаивающе говорит Даниэль Тому. — Вот увидишь, они перевернут небо и землю. Ты же знаешь Нину — она наверняка сейчас переворачивает весь Гамбург.

Эти слова перехватывают горло. Нет, Нина ничего не переворачивает. Нина парализовано сидит перед экраном, не знает, что делать, и вот-вот заплачет, потому что ружьё снова чуть-чуть поворачивается к Даниэлю.

Руки находят клавиатуру. Я открываю новую тему, хотя уже вижу несколько с тем же содержанием.

Не голосуйте больше! Это выбор между жизнью и смертью, а не между двумя смертями.

Ответы появляются через секунды. Многие согласны, но далеко не все.

Эй, это же легавый! Простите, но такой случай я упустить не могу.