Онлайн книга «До встречи в книжном»
|
— ТРИ МИНУТЫ ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТЬ СЕКУНД… Существо с ним разговаривает. — …СТОЛЬКО ОСТАЛОСЬ СУЩЕСТВОВАТЬ КВАДРАНТУ ВСЕЛЕННОЙ… Существо с ним разговаривает. — …В КОТОРОМ БЕСЕДУЮТ ЗЕМЛЯНИН АДАМ И РАЗРУШИТЕЛЬ. Существо с ним разговаривает. Адам сглатывает слюну, вместе с ней сглатывает тошноту – рот становится совершенно сухим, а тошнота сразу возвращается. В голове пусто. В голове прорывает дамбу – и она заполняется вопросами. Что он такое? Я схожу с ума? Это считается за голос в голове? Он инопланетянин. Могу ли я заразиться инопланетным вирусом? Он демон? Я продал душу Сатане? Я перестану его слышать, если закрою уши? Я перестану его видеть, если закрою глаза? Кажется, меня сейчас стошнит. Что он только что сказал? Осталось существовать три минуты с лишним? — Что? А что случится потом? Адам не знает, почему выбирает именно этот вопрос. Существо медленно моргает. На секунду лилово-желтый белок и пронзительно-фиолетовый зрачок скрываются за морщинистым веком, и Адам впервые чувствует что-то похожее на спокойствие, но Разрушитель тут же вытаращивается на него снова. Он смотрит на него сквозь эоны своего существования, из глубины космоса, из самого Большого взрыва, и пусть его единственный глаз и не окаймляет выражение, Адам чувствует: кажется, Несокрушимый Разрушитель Галактик считает его идиотом. Тот повторяет: — ЧЕРЕЗ ТРИ МИНУТЫ КВАДРАНТ ГАЛАКТИКИ, В КОТОРОМ ВЕДУТ РАЗГОВОР ЗЕМЛЯНИН АДАМ И РАЗРУШИТЕЛЬ, БУДЕТ ПОГЛОЩЕН РАЗРУШИТЕЛЕМ И РАСЩЕПЛЕН ДО ПРОТОМАТЕРИИ. — А, – сразу понимает все Адам. Так бы сразу и сказал. Что можно успеть за три минуты, двадцать семь, двадцать шесть, двадцать пять, двадцать… секунд? Девяносто раз перечитать самый короткий рассказ Хемингуэя, способный тронуть за душу любого. Твитнуть спойлер к судьбе Галактики (и опозориться, если ничего не произойдет). Позвонить маме. Пожертвовать своей жизнью в попытках остановить Разрушителя Галактик на пути глобального уничтожения (беспечно опустив прилагательное «Несокрушимый» из творческого псевдонима). Неведомое существо продолжает висеть под потолком, словно ватное облако над колыбелью, – чуть более глазастое, чуть менее умиротворяющее. Адам решает, что нет ничего позорного в том, чтобы опуститься на стул, – не каждый раз встречаешься с новой формой жизни, – и слабо переспрашивает: — А мне вы это зачем рассказываете? Он не знает, почему обращается на «вы». Так же как не знает, почему решает ущипнуть себя незаметно, спрятав руки за спиной, будто бы сомнения в реальности существа могут это существо оскорбить. Разрушитель медлит с ответом. Адам не уверен, что осилит ожидающе на него смотреть. Лучше уж смотреть на хозяйские картины на стене. Трещину на потолке. Кольца на своих дрожащих руках. — РАЗРУШИТЕЛЬ ДАРУЕТ ЗЕМЛЯНИНУ АДАМУ УЛЬТИМАТУМ. — Что, простите? — УЛЬТИМАТУМ РАЗРУШИТЕЛЯ БУДЕТ ДАРОВАН АДАМУ. «Это ни черта не прояснило», – думает Адам. «Ты не можешь даровать ультиматум», – думает Адам. «Кто вообще дарует ультиматумы?» – думает Адам. «Кто вообще захочет принимать подарки от кого-то, кто называет себя Разрушителем?» — Мне? Я здесь вообще при чем? Десятки щупалец Разрушителя рассекают воздух – каждое двухметровое, покрытое синей чешуей, сияющее мокрым блеском. Адам чувствует новую волну тошноты и резко прикрывает глаза – все, чтобы его не вырвало прямо в корзину для бумаги, стоящую у стола. |