Книга Пророчество тьмы, страница 72 – Анви Рид

— Нам нужно поговорить с отцом.

— У тебя. Нет. Отца! – отчеканил Атер, еще сильнее натянув тетиву.

Эвон услышал, как дернулся Соно. Он схватился за рукоять катаны и шагнул ближе.

— Будь моя воля, я бы никогда не вернулся. Я ненавижу вас и ненавижу это место, но моим друзьям нужна помощь.

Травник решил, что разберется позже, готов ли он назвать этих беглецов друзьями.

— Друзья? – Атер указал кончиком стрелы на всех. – Они? – Он почти засмеялся, но замер, увидев Далию. – Принцесса Эверока? Далия Бартлетт?

Та не успела ответить. Атернай спрыгнул с лошади и, втаптывая покрывшуюся инеем грязь, схватил принцессу за шею. Эвон испугался, но Соно отреагировал первым: приставив катану к горлу Атерная, он защитил Далию, которая уже хлюпала носом, вытирая слезы. Она испуганно попятилась назад и, глядя на Атерная, спряталась за ниджаем.

— Ты знаешь, что натворила, принцесса Эверока? – он будто не говорил, а рычал, как зверь, готовый в любую секунду напасть.

— Только посмей придвинуться к ней ближе – и я снесу тебе голову.

Эвон позавидовал Соно: этот ниджай кого угодно поставит на место. Его не волнуют звания и должности. Король ты или плебей, принц или наемник – для него все равны.

— У всех нас много вопросов. Я, кстати, Юриэль. – Еще одна бесстрашная девчонка. Они с Соно точно созданы друг для друга. – Может, поговорим в уединенном месте? Например, в вашем дворце.

Атернай неотрывно смотрел на Далию. На его лбу вздулась вена, он громко дышал, но наконец отступил. У Эвона внутри все предательски сжалось. Брат так близко. Он, как и прежде, пахнет костром и лесом, в котором часто пропадал. Этот аромат из детства. Раньше так пах отец.

— Я кину тебя в темницу на вершине Рэкенской горы, чужак. – Атернай схватил катану Соно, но лезвие не ранило его из-за толщины перчаток, скрывающих руки. – Мы не живем по арасийским законам, и тебе здесь не рады. Никому из вас. Убери свой меч, и, так и быть, я не вспорю тебе живот.

— Очень дружелюбно, – пробубнила Юри.

— Вы хотите говорить с королем, но будете говорить со мной.

— Где… – Эвон хотел сказать «отец», но нет, Атернай прав, у него нет семьи. – Где Олафур Скаль?

— Не твое дело, фур. – Старший брат обратился к своим войнам: – Нершт хи^[16].

Те спрыгнули с лошадей, отвязывая цепи со своих поясов.

— Что вы делаете? – испугалась Далия. – Эвон, останови их!

Но он не мог. Никогда не мог противостоять власти Атерная и Олафура. Он знал, что проще сдаться сразу. Так будет лучше для всех. Эвон протянул руки вперед, и холодный, обжигающий металл до боли сжал их. Травник кивнул принцессе, улыбнулся Юри и молча обменялся взглядами с Соно. Кажется, они доверяли ему, потому что сдались так же легко, как и он.

— Если ты пленник в своем доме, то кто мы? – прошептала Юриэль. – Мы будем в безопасности?

— Если бы я знал, мышонок. Если бы я знал.

Воины на лошадях ехали впереди и, подтягивая за цепи пленников, поднимались по горе. Эвон помнил путь, по которому сбегал, боясь оглянуться. Эту темную пещеру с зажженными факелами на стенах. Эхо шагов и свист ветра в щелях. Воспоминания будили в Эвоне необъяснимое ужасное чувство: его тошнило от картинок в голове, тревога овладевала телом. Поднимаясь выше, он думал, что обратного пути нет. Но он должен быть сильным, чтобы со всем покончить. Помочь принцессе и покинуть это место. Он вернется в «Блажь» и вновь забудется в распутстве.