Онлайн книга «Хаски и его учитель Белый кот. Книга 1»
|
Мо Жань промолчал. — Отнеси их в поместье семьи Чэнь, – велел наставник. – Обезвредить яд несложно. Хорошо, что они оба живы. Он произнес это совершенно равнодушным тоном, не выказав никаких признаков волнения. Пускай Чу Ваньнин всегда так разговаривал, в ту минуту и правда казалось, что ему все равно. Мо Жань вдруг вспомнил тот самый день. Был сильный снегопад. Утопая в снегу, он стоял на коленях, обхватив руками Ши Мэя, из которого по капле уходила жизнь. Лицо Мо Жаня было мокрым от слез; срывая голос, он кричал, призывая Чу Ваньнина обернуться и взглянуть на своего ученика, моля его протянуть руку и спасти ему жизнь. И что тогда ответил ему Чу Ваньнин? Таким же равнодушным, отстраненным тоном он отказал в просьбе Мо Жаню, который встал перед ним на колени в первый и последний раз в жизни. Постепенно тело человека на руках Мо Жаня стало таким же холодным, как снежинки, что покрывали его плечи и лицо белой пеленой. В тот день Чу Ваньнин собственноручно убил двух своих учеников. Одним был Ши Минцзин, которого он мог, но не захотел спасти. Вторым – стоящий на коленях в снегу Мо Вэйюй, чья душа, казалось, умерла вместе с Ши Мэем. Мо Жаня неожиданно охватила тревога, и вместе с тем он почувствовал, как вокруг его сердца ядовитой гадюкой обвивается ненависть. На миг ему вдруг захотелось отбросить личину милого послушного мальчика, схватить наставника за шею и сдавить ее что есть силы, обнажив свою свирепую сущность злого демона. Он жаждал безжалостно разорвать Чу Ваньнина зубами, призвать его к ответу, забрать его жизнь в обмен на жизни тех двух его учеников, засыпанных снегом. Однако взгляд Мо Жаня снова упал на окровавленное плечо Чу Ваньнина, и ярость в его внутреннем звере вдруг утихла. Он молча, чуть ли не с ненавистью смотрел Чу Ваньнину в лицо, но тот ничего не замечал. Через несколько мгновений юноша вновь опустил голову, всматриваясь в изможденное лицо Ши Мэя. Постепенно в голове у Мо Жаня воцарилась пустота. Если на этот раз с Ши Мэем снова что-то случится, то… — Кхе-кхе-кхе… Соученик у него на руках вдруг закашлялся, и Мо Жань застыл, объятый тревогой… Ши Мэй медленно поднял веки и слабым, хриплым голосом позвал: — А… Жань… — Да! Это я! От радости мрак, затопивший было его душу, рассеялся. Глядя на Ши Мэя сияющими от счастья глазами, Мо Жань прижал ладонь к его щеке. — Ши Мэй, как ты себя чувствуешь? У тебя что-нибудь болит? На по-прежнему красивом лице Ши Мэя расцвела слабая улыбка. — Почему мы оказались здесь? – спросил он, оглядевшись по сторонам. – И почему я потерял сознание?.. А! Учитель… Кхе-кхе… Ваш ученик оказался неспособен… Ваш ученик… — Не разговаривай, – перебил Чу Ваньнин. Он сунул в рот Ши Мэю какую-то пилюлю, после чего добавил: — Раз очнулся, подержи во рту это лекарство – оно уничтожит яд. Только не глотай. Ши Мэй послушно сунул пилюлю под язык и вдруг застыл в ошеломлении. Его лицо, и до этого бледное, стало почти прозрачным. — Учитель, как вы получили эту рану? Вы весь в крови… — Все в порядке, – отозвался Чу Ваньнин тем же раздражающе равнодушным голосом, способным кого угодно довести до белого каления. Выпрямившись, Чу Ваньнин сказал, обращаясь к Мо Жаню: — Придумай что-нибудь и доставь этих двоих в поместье семьи Чэнь. |