Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 1, страница 39 – Жоубао Бучи Жоу

— Отлично, отлично. Главное – чтобы приготовил именно ты, тогда я на все согласен.

На душе у Мо Жаня распускались весенние цветы и пели иволги. Он был так счастлив, что, обняв одеяло, перекатился по кровати туда-сюда.

«До чего милосерден и добродетелен Ши Мэй! И что с того, что ты отхлестал меня, Чу Ваньнин? Теперь я могу валяться в постели, окруженный заботой и вниманием Ши Мэя, ля-ля-ля!»

Стоило Мо Жаню вспомнить своего наставника, как к нежности, в которой он купался только что, подсыпалась добрая пригоршня гнева.

Он вновь принялся с негодованием проковыривать щель между досками кровати, думая про себя: «Какой “Юйхэн Ночного Неба”, какой “Бессмертный Бэйдоу”? Чепуха это все!»

«В этой жизни, Чу Ваньнин, мы еще посмотрим, кто кого!»

Три дня Мо Жань дохлой рыбой валялся в постели. Как только его раны зажили, он получил повеление немедленно притащиться в павильон Хунлянь, чтобы искупить свои проступки ручным трудом.

Это также было частью его наказания. В течение срока, на который ему было запрещено покидать гору, Мо Жань не мог бездельничать, поэтому он стал мальчиком на побегушках и был обязан служить своей духовной школе, выполняя всякого рода грязную работу.

Обычно эта работа включала в себя разнообразные поручения: помогать тетушкам из зала Мэн-по мыть посуду, почистить все триста шестьдесят пять каменных львов, расположенных на столбах ограждения моста Найхэ, переписать какие-нибудь ужасно скучные свитки из архива и так далее.

Что за место этот павильон Хунлянь? Жилище этого Чу Ваньнина, которое втихомолку называли «Адом красных лотосов» или даже сравнивали с полем битвы асуров с Индрой^[27], настолько ужасным оно представало в глазах людей.

На всем пике Сышэн людей, которые побывали там, можно было по пальцам пересчитать, и все они возвращались оттуда если не со сломанной рукой, то с перебитой ногой.

По этой причине обиталище Чу Ваньнина, помимо «Ада красных лотосов», называли и более приземленно: «павильоном сломанных ног».

Среди учеников пика Сышэн ходила такая шутка: «Красавец в павильоне обитает, порою Тяньвэнь призывает. Войдя в павильон, мигом познаешь боль сломанных ног. Если желаете, чтобы кто-то помог вам уничтожить ваши меридианы, то старейшина Юйхэн – лучший выбор!»

Как-то раз одна бесстрашная ученица осмелилась позариться на красоту старейшины Юйхэна и, загоревшись страстью, под покровом ночи украдкой проникла на южный пик. Там она повисла на карнизе крыши, намереваясь подглядеть за старейшиной, принимающим ванну.

Нетрудно догадаться, чем все кончилось: Тяньвэнь хлестала бравую девушку, пока та не начала рыдать и звать маму. Избитая до полусмерти, она больше ста дней провела в постели, не в силах подняться.

Чу Ваньнин же пригрозил, что просто-напросто выколет ей глаза, если она снова осмелится на подобный поступок.

Нет, ну вы только представьте! До чего грубо! Да он просто бессердечный сухарь! У кого угодно волосы дыбом встанут от одного его вида!

Поначалу на пике Сышэн еще водились глупые и наивные девушки, которые думали, будто старейшина Юйхэн будет мягок с ними лишь потому, что они принадлежат к женскому полу. Оказавшись рядом с ним, они вели себя как легкомысленные дурочки, тщетно пытаясь своим хихиканьем привлечь его внимание. Однако после того случая, когда он своими руками «прихлопнул ночную гостью», больше никому не приходило в голову с ним заигрывать.