Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 1, страница 182 – Жоубао Бучи Жоу

Он сделал глубокий вдох и не спеша сел, придерживая голову руками. По мере того как сознание возвращалось к нему, непонятная боль в запястье становилась все острее. Взглянув на руку, Мо Жань с удивлением обнаружил на запястье невесть откуда взявшийся порез с уже запекшейся поверх кровью.

Что произошло?

Где это он оказался?

Мо Жань широко распахнул глаза.

Окончательно очнувшись, он понял, что находится в совершенно незнакомой темной комнате с каменными стенами. Через прорубленное в потолке крошечное вытяжное отверстие внутрь проникал холодный зеленоватый свет, но его едва хватало, чтобы осветить эту тесную комнатушку шириной менее одного чи. Темно-серые, скользкие от влаги каменные стены таинственно поблескивали в этом неверном свете.

Комната, больше напоминавшая тюремную камеру, была устроена очень просто: с трех сторон – каменные стены, а с четвертой – решетка, сияющая алым светом наложенного заклинания. Из мебели в комнате было лишь примитивное каменное ложе, застеленное соломой.

На этом ложе и лежал Мо Жань, скованный по рукам и ногам позвякивающими при каждом движении железными цепями. Юноша, однако, сделал еще одно гораздо более неприятное открытие: его духовная сила оказалась запечатана каким-то заклятием, поэтому у него не было никакой возможности вырваться на свободу. Пока Мо Жань, изнывая от тревоги, обдумывал свое положение, тишину вдруг разрезал громкий скрип. Он повернул голову и увидел, как в камеру вошли двое хвостатых слуг.

— Эй, вы! – тут же сердито закричал взволнованный Мо Жань. – Вы, кучка помешанных! Что здесь, в конце концов, происходит? Что вы собираетесь делать? Где мои спутники и где Гоучэнь Шангун? Эй! Я к вам обращаюсь!

Однако, как бы он ни надрывал горло, браня хвостатых морских жителей на чем свет стоит, те как будто его не слышали. Ступая друг за другом, они внесли в камеру нечто завернутое в рыжий лисий мех. Судя по форме свертка, внутри был человек. С полным безразличием на лицах слуги дотащили сверток до каменного ложа и опустили на солому.

Мо Жань продолжал злобно рычать на них:

— Вы, ничтожные угри…

— Чего расшумелся? – наконец презрительно огрызнулся один из слуг. – Ты же обладаешь духовной сущностью элемента дерева, тебе это не нанесет никакого ущерба.

— Ущерба? – холодно усмехнулся второй. – Да он получит гораздо больше, чем мог рассчитывать!

Мо Жань был вне себя от ярости.

— Да чего вам от меня надо? Зачем меня заперли здесь? И что вы притащили ко мне на кровать?

— Что мы притащили? – переспросил один.

— Самого важного для тебя человека, разумеется, – пояснил второй.

— Мы хотим посмотреть, что ты выберешь: спасти себя или защитить его.

— После этой ночи ты сам поймешь, почему уважаемый бог так старался, устраивая все это, хе-хе.

Затем они развернулись и вышли. В камере воцарилась мертвая тишина.

Скованный по рукам и ногам Мо Жань не мог пошевелиться. Пленник потерял чувство времени и не знал, сколько часов или минут он лежал на этом каменном ложе. Он пробовал бороться, прилагая все силы, но лишь стер запястья и лодыжки в кровь – освободиться из оков ему так и не удалось.

Тяжело дыша, Мо Жань повернул голову вбок и взглянул на лежащего рядом человека. Тот был с головы до ног туго завернут в лисью шкуру, и лишь одна тонкая прядь длинных черных волос выбилась из-под меха наружу. Мо Жань в смятении разглядывал ее, чувствуя, как колотится сердце.