Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 2, страница 140 – Жоубао Бучи Жоу

— Очень давно. Много лет назад я был серьезно ранен, и с тех пор живу со слабым ядром. – Чу Ваньнин с безразличием махнул рукой: его волновало совсем другое. – А целитель сказал еще что-нибудь?

Мо Жань покачал головой:

— Больше ничего.

Чу Ваньнин пристально посмотрел ему в лицо, освещенное тусклым светом свечи, и поинтересовался:

— Тогда почему ты сидел и бился головой об стол?

Мо Жань изо всех сил пытался обуздать свои чувства, но не преуспел в этом, а потому решил пойти напролом. Достав из рукава ту самую золотистую шпильку с бабочкой, он положил ее на ладонь и сказал:

— Я обнаружил вот это.

Чу Ваньнин промолчал.

— У вас.

Заколка на ладони жизнерадостно искрилась золотом, сердце же Чу Ваньнина будто ухнуло куда-то во мрак. Выходит, Мо Жань все-таки знает. «Что ж, все равно не получилось бы скрывать это вечно», – подумал Чу Ваньнин и тихо вздохнул. Надолго повисла тишина. Никто не произносил ни слова.

В конце концов Чу Ваньнин закрыл глаза и уже собрался было сказать ученику правду, как вдруг Мо Жань прошептал:

— Учитель, младший соученик Ся… правда ваш сын?

Чу Ваньнин вскинул брови, чувствуя, как кровь, застывшая было в его жилах, оттаяла и вновь побежала по венам. Не находя слов, он уставился на Мо Вэйюя, который с растерянным лицом сидел на краешке постели, и постепенно в его взгляде проступило ясно читаемое: «Идиот».

— Да. – Чу Ваньнин протянул руку и забрал с ладони Мо Жаня шпильку прежде, чем тот успел среагировать. – Я уже давно тебе об этом сказал. Почему опять спрашиваешь?

Ученик прижал ладонь ко лбу и пробормотал:

— Просто хотел… еще разок удостовериться…

Как бы то ни было, Мо Жань по-прежнему не вполне верил словам учителя, а потому, пытаясь одновременно справиться с сильнейшим беспокойством, которое ему причинила эта новость, про себя решил при встрече с Ся Сыни обязательно его обо всем этом расспросить. Пожалуй, он поверит в историю про отца и сына, только если они подтвердят свое родство на крови!^[29]

К Чу Ваньнину постепенно возвращались силы, и он наконец смог встать с кровати.

— Почему моя одежда… – он пригладил складки своего одеяния, замер на миг, а потом нахмурился, – в таком беспорядке?

Мо Жань только кашлянул в ответ.

Опасаясь, что наставника захлестнут воспоминания о кое-каких незначительных эпизодах прошлой ночи, юноша поспешил заговорить о другом:

— Учитель, вы не голодны? Я слыхал, на этом постоялом дворе неплохо готовят, особенно суп «Вэньсы» с мелко нарезанным тофу. Может быть, спустимся и отведаем? Я угощаю.

— На деньги, которые я же тебе и дал? – Чу Ваньнин одарил его холодным взглядом.

Поворчав еще, он все же взмахнул широкими рукавами, вышел из комнаты и направился к лестнице, ведущей вниз.

Кухня острова Линьлин напоминала кухню Янчжоу: все блюда отличались свежим, своеобразным, несколько сладковатым вкусом, что особенно нравилось Чу Ваньнину.

К тому времени торги в палате Сюаньюань уже закончились, и большинство заклинателей уехали. Мо Жаня с Чу Ваньнином разместили в огороженном закутке, так что не было никакой нужды снова надевать плащи и скрывать лица. Когда они заняли места за столом, служка подал им по чашке ароматного чая сорта билочунь, оставил на столе список блюд и удалился.

— Выбирайте вы первым, учитель.