Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 2, страница 139 – Жоубао Бучи Жоу

Чу Ваньнин хотел было сесть на постели, но у него не нашлось на это сил, так что пришлось оставить попытки.

Над кроватью легонько колыхался сиреневый узорчатый полог. Чу Ваньнин повернул голову и стал молча смотреть на Мо Жаня, но этот дурень был так погружен в себя, что даже не заметил пробуждения своего учителя.

Впрочем, не стоит его винить. Кто угодно был бы потрясен новостью о том, что у его благородного, непогрешимого наставника, оказывается, есть сын от какой-то неизвестной женщины.

Ся Сыни и впрямь был внебрачным сыном Чу Ваньнина? Возможно ли это?.. Неужели в Поднебесной существует женщина, которая смогла очаровать такого закоренелого праведника, как его учитель?

Кроме того, если у него есть внебрачный сын здесь, в этой жизни, значит, в прошлой жизни он тоже должен был быть. Но Мо Жань провел рядом с ним много лет, и, на его взгляд, Чу Ваньнин мог быть кем угодно, но только не чьим-то возлюбленным.

А как тогда объяснить появление заколки?

Мо Жаня так измучили эти мысли, что он с размаху ударился лбом о столешницу. Он был уверен, что вот-вот окончательно лишится рассудка!

Этот юноша никогда не был шибко умным, и хуже всего ему удавались сложные, запутанные рассуждения. Чем дольше он думал, тем сильнее пухла голова. В конце концов он попросту с воем схватился за волосы, упал грудью на стол и замер.

— Мо Жань, чем ты там занимаешься? – прорезал тишину комнаты низкий, мелодичный, будто перезвон нефритовых пластинок, но в то же время слегка сиплый голос.

Мо Жань немедленно встрепенулся и изумленно воскликнул:

— Учитель, вы проснулись?

— Угу. – Чу Ваньнин негромко кашлянул несколько раз и поднял глаза на юношу. – Это… постоялый двор на острове Линьлин?

— Д-да.

Мо Жань встал из-за стола и подошел к кровати. Его лицо густо заливал румянец. Заметив, что ученик опять о чем-то задумался, Чу Ваньнин спросил:

— Что такое?

— Ничего-ничего, – отмахнулся Мо Жань и тут же сменил тему: – Дело было так: когда вы, учитель, вдруг потеряли сознание в палате Сюаньюань, я вас… Кхм, я помог вам добраться сюда, чтобы вы могли отдохнуть и набраться сил. Потом я нашел лекаря, который сказал, какое снадобье вам нужно, а затем…

«А затем я услышал, как вы разговариваете во сне, и начал вспоминать прошлое».

Но это Мо Жань, разумеется, ни за что бы не произнес вслух. Его голос постепенно затих, а во взгляде отразилось невиданное доселе смятение, которое с каждым мгновением лишь усиливалось.

Когда Чу Ваньнин услышал о лекаре и заметил, как странно ученик себя ведет, в сердце кольнуло от тревоги. Он испугался, что Мо Жань уже знает о его отравлении и о том, что его тело может уменьшиться в любой момент, и, невольно сжав пальцами тонкое одеяло, хрипло спросил:

— И что сказал лекарь?

— Сказал, что на вас слишком сильно подействовало то божественное оружие и вы просто не выдержали. – Мо Жань на миг замялся, а затем продолжил: – Учитель, ваше духовное ядро…

— Ничего страшного. Всего лишь более хрупкое, чем у обычных людей, только и всего.

Мо Жань опешил. Он вспомнил о Чу Сюне, о том, как увидел у него на груди точно такой же шрам, как у Чу Ваньнина, и решил, что между этими людьми непременно есть какая-то связь; но слова учителя заставили его переменить свое мнение.

— Но как же так? – не удержался от вопроса Мо Жань. – Учитель, вы ведь очень сильный! Не может быть, чтобы ваше духовное ядро от природы было столь хрупким! Когда же оно успело так ослабнуть?