Книга Сумерки Баригора, страница 129 – Софья Соломонова

Легким движением девушка запрыгнула на кровать, на Вернона, обняв его бедрами. Даже сквозь толстое одеяло и теплый ночной халат принц почувствовал ее жар. Темные глаза оказались прямо напротив его лица. Ночная гостья смотрела хищно, дико.

— Я знаю, что тревожит тебя в ночи, сын вождя. – Девушка провела рукой по телу Вернона снизу вверх, ее пальцы остановились на его подбородке. – Я знаю о грехах твоего отца и о темных желаниях, которые ты скрываешь ото всех.

Незнакомка провела пальцами по подбородку Вернона, по его губам. Она наклонилась к нему близко-близко, и принц уже приоткрыл рот для поцелуя, но вместо этого горячее дыхание девушки обожгло его ухо:

— Я дам тебе силу, сын вождя. Со мной ты сможешь победить своего врага, ты сможешь стать вождем, и все будут преклоняться перед тобой.

Она резко вскочила и в мгновение ока уже стояла возле кровати, протягивая Вернону руку:

— Идем со мной, – позвал не то шепот, не то крик, не то напев.

Вернон взял руку ночной гостьи, и она потянула его к себе, заставляя подняться. Холодный каменный пол обжег его босые ноги. Горячие руки девушки поддели халат Вернона и сбросили его на пол. Вернон задрожал не то от холода, не то от предвкушения, но незнакомка не торопилась. Она взяла его за руку и повела вглубь комнаты.

Вернону показалось, что там стало темнее. Тьма как будто сгущалась вокруг них, клубилась, словно дым. Ему показалось, что что-то касается его обнаженной кожи, подобно самым нежным пальцам. Незнакомка вела его все дальше и дальше во тьму, хотя комната должна была уже давно закончиться.

Вдруг ночная гостья резко остановилась, и Вернон едва не налетел на нее. Их окружала непроглядная тьма, но почему-то девушку принц видел отчетливо, как при свете дня. Она повернулась к нему.

— Я Карандра из племени Ктан, дочь Атора.

Имя показалось Вернону знакомым, но он не мог вспомнить откуда.

— Я помогу тебе исполнить все твои желания, сын вождя. Перед тобой будут падать ниц. Перед тобой будут трепетать. Примешь ли ты мой дар?

Вернон заколебался. Что она предлагала ему? И почему? Ночная гостья почувствовала его сомнения.

— Твой отец. Он причинил тебе боль. Он отнял то, что было тебе дорого.

— Да. – Вернон почувствовал, как внутри него вновь закипает ярость.

— Он отослал тебя подальше от глаз.

Вернон стиснул зубы.

— А твоя мать? Она никогда не любила тебя.

Все больше разъяряясь, Вернон со всей силы сжал руку девушки в своей, но она не пошевелилась, и ее лицо осталось спокойным.

— Кровавый Отец поможет тебе отомстить.

— Да! – Обещания мести звучали сладко, как мед.

— Ты станешь великим вождем. Никто больше не посмеет насмехаться над тобой.

— Да!

— Ты примешь благословение Атора?

— Да!

В руках Карандры откуда-то возник кинжал из кости. Она занесла его над головой и, прежде чем Вернон успел что-то понять, вонзила лезвие ему прямо в сердце.

Принц закричал, пронзенный нестерпимой болью и жаром.

И проснулся на холодном каменном полу своей комнаты, обнаженный и окоченевший. Все это было лишь сном, но каждое его мгновение отпечаталось в памяти Вернона ярче, чем бо́льшая часть его жизни. Карандра. Старая карга в вонючих шкурах или прекрасная нагая дева в его постели? Кровавый Отец. Лишь плод его воображения, наваждение Кавица или же тот, кто поможет ему отомстить?