Книга Тетрадь в косую линейку, страница 793 – Марина Колесова

На стоянке возле Роллс-ройса стоял водитель, и теперь я узнала в нём Мишу, которого дед любил представлять как таксующего соседа и с которым я ездила за внучкой Андрея.

Он тут же распахнул передо мной заднюю дверку шикарного автомобиля:

— Прошу, сударыня.

Моя охрана напряглась, но я бросила: «Ждите», и они покорно замерли в стороне.

Я села внутрь, Миша захлопнул дверку, а сам остался снаружи.

— Ты что с собой сотворила? Это что за распределение?! Почему не приехала поговорить, раз всё так плохо? Ведь, чувствуешь, чувствуешь, что перекошено всё до жути! – моментально набросился на меня дед.

— Тео, не генери. Да, я знаю, что всё плохо. Но мне нужно время. У меня устойчивое ощущение, что если я сумею взять под контроль основную проблему, всё моментально встанет на свои места. Знаешь, как в логической игре, когда последний неправильно-стоящий кубик подвигаешь и всё автоматом собирается, как надо. У меня засада с этим кубиком. Я подобралась к нему, вот так всё вывернув, но подвинуть в нужном направлении сил нет. И ты не заставишь.

— С этим понял. Логично. Теперь второй вопрос: что ты сделала со своим Аркадием?

— Неосознанно попросила, и ему дали шанс всё исправить. Но миссия спасителя чревата, поэтому разругался он со мной, видимо, подсознательно желая либо всё-таки умереть от какого-нибудь моего проклятья, либо завязку эту порвать. Я предпочла его освободить и убрать нашу завязку. Правда, далось мне это нелегко, зато к центральному кубику подобралась вплотную и получила шанс за одно движение всё правильно сложить.

— Объясняешь красиво, но не совсем понятно. Про Аркадия понял, про тебя – ничего.

— Тео, я разобралась из-за чего сбежала. И сбежать мне хочется уже отсюда, но понимаю, что не могу. Надо смириться и принять. А сил принять не хватает. Гордость и внутренние устои не дают. Мне самой себя очень уничтожить хочется.

— Ты сильно накосячила?

— Ты не поверишь, но нет. Я осознанно не сделала ничего.

— Признайся. Вдруг легче станет.

Я немного посидела в задумчивости, потом решительно заговорила:

— Эххх. Ладно. Чёрт с тобой. Можешь начинать призирать. Я дочь смертной, которая обманула владыку и пожертвовав своей жизнью родила меня. Он был в ярости, но убивать меня не стал. Напротив, забрал под опеку и воспитал так, что я ничего не знала о матери, и всем своим существом презирала всех смертных. А потом узнала, кто я, и попыталась самостоятельно сделать то, что не сделал он, но он не дал. Вот и всё.

— Не понял в чём трагедия. Ты переживаешь из-за того, что твоя мать смертной была?

— Ты прикалываешься, Тео? – поморщилась я.

— Нет. Я действительно не понимаю. Я в этом воплощении тоже у смертной родился. И что? Это лишь испытание.

— Для меня нет. У меня не было до того души. Она мне свой потенциал целиком передала, пожертвовав своей душой. И получилось, что я имею то, что не моё, за её счёт… Понял теперь?

— Ты появилась здесь уже с этим потенциалом?

— Нет. Я отказалась от него.

— Значит наработала с нуля. И все теперь принадлежит тебе. Так в чём проблема?

— В бессмысленности слива её потенциала, в ощущении себя убийцей, даже хуже. Убийца лишь тело убивает, а я отобрала всё! Всё! Понимаешь?! Но не надо мне это было!

— Подожди… Ты сказала твой владыка был в ярости. Возможно, это его наказание ей, а не твоё.