Книга Тетрадь в косую линейку, страница 646 – Марина Колесова

— Вить, вызывай прямо сюда бригаду врачей с кардиографом. Вот срочно вызывай. А ему прикажи лечь на диван. Услышал меня?

— Алина Викторовна, да что Вы право? Мне не настолько плохо, – запротестовал начальник СБ.

— Жень, делай как говорит, и не спорь! – тон босса сразу поменялся и в нем послышалась властность. – Иди сюда и ложись. А я к пилотам схожу, пусть у диспетчера бригаду врачей запросят.

Он указал рукой на диван, а сам встал и быстро вышел.

— Алина Викторовна, вот зачем Вы? – укладываясь на диван, недовольным тоном проговорил начальник СБ. – Сейчас лекарство подействует и окончательно всё отпустит.

Я не стала спорить с человеком находящимся на волосок от гибели. Взглядом поискала Золотце, увидела, что примостился на спинке одного из кресел и внимательно наблюдает за мной.

— Слушай, – садясь в кресло напротив, ментально обратилась я к нему, – вот такой тонкий пробой ведь не смертелен, если какое-то лекарство ему вколоть или дать. Какое, не знаешь? Вдруг медики тут неквалифицированные?

— Я не фармацевт, хозяйка. Откуда я знаю?

— Почему я не могу как Тео? Сейчас бы раз, и вытянула его, и как новенький бы был и ничего не заметил. А я лишь энергетику отдавать могу и чуть перестраивать, а тут это явно малоэффективно. Да и навредить боюсь. Сейчас полезу и сделаю лишь хуже.

— Тео тоже не всесилен, с Аркадием-то помочь не смог. Хотя да, его умения тут полезны. С этим не поспоришь. Но ты могла бы попробовать по своему влиять на энергетику, как с девочкой тогда. Риск здесь конечно есть, поскольку пробой глубокий и жизненная нить на первоначальной волне оборваться может. Но вдруг получится?

— А вдруг нет?

— Это будет опыт.

— Нет уж, не нужен мне такой опыт.

— Дело твоё, – явно недовольно хмыкнул мой дракон.

В это время самолёт коснулся взлетной полосы, пробежал по ней, потом отъехал в сторону и замер, сразу подъехал трап, потом несколько машин и ещё машина с крёстным крестом на боку и крыше. Из неё вышли два негра в белых халатах и с чемоданчиками и поднялись на борт. В салон тем временем зашли босс и КВС.

А через некоторое время в сопровождении бортпроводницы два негра в белых халатах, которые спросили по-английски, что случилось.

Я объяснила, что у мужчины, указав при этом на лежащего Евгения Витальевича сильная боль, затруднено дыхание и, скорее всего, инфаркт.

Один сел на диван, открыл чемоданчик с аппаратурой снял кардиограмму, потом, посмотрев на ленту, выползшую из кардиографа, повернулся ко мне и подтвердил, что да, похоже на инфаркт, надо везти в больницу.

— Вить, – я повернулась к боссу, – они говорят надо в больницу, но сомневаюсь я, что хорошие они тут. Может, они поддерживающую терапию проведут, дадут назначения, потом быстренько, пока самолёт на обслуживании, найдём медсестру какую-нибудь местную и под её присмотром Евгения Витальевича в Москву отправим? Мне кажется, так лучше будет. Хотя решать тебе.

Босс согласился, я начала объясняться с докторами, потом подключила к обсуждению КВСа, чтобы обговорить через сколько вылетят, за сколько долетят, босс тем временем, несмотря на протесты Евгения Витальевича, что мелочи всё это и не надо придавать большое значение и конечно же никуда отправлять его не надо, вызвал в салон ещё двух человек из его службы, и они тоже подключились к обсуждению.