Книга Кружевные закаты, страница 278 – Светлана Нина

Тяжелый скрип металлической двери если не привел ее в чувство, то хотя бы заставил вернуться в реальность, которая начинала расплываться.

— Идемте, барышня, – сурово произнес немытый смотритель.

Алина даже не стала спрашивать, куда и для чего, справедливо рассудив, что поймет все сама. Тоскливый ее взгляд поминутно останавливался, словно застывал, а стальные глаза глядели прямо даже теперь.

В узкой комнатке для свиданий, такой же ледяной, как все прочие, сидел Львов. Алина понимала, чего ему стоило явиться сюда, и почувствовала благодарность. Несмотря на все, что произошло между ними (или что она сама выдумала), она не могла совсем отречься от человека, который был ей так близок несколько счастливых лет.

Алина не посмотрела на него удивленно, не выкрикнула с запоздалой радостью: «Андрей!», а только присела на самый краешек стула и молча воззрилась на посетителя. Андрей ждал подобной реакции, и нетерпеливо начал:

— Я могу что-то сделать?

— За что всегда любила вашего брата, так за готовность помочь. Нет, родной мой, ничего ты не сделаешь.

Его кольнула потухшая хрипота ее яркого прежде голоса. «Скоты, что они творят с людьми?!» – шевельнулась в нем частая ярость, которую он умело скрывал под покровом самообладания.

— Знаешь, у меня ведь есть связи…

— Перестань утешать себя. Даже дружбы с императором будет недостаточно. Мы не просто преступники, мы террористы. Звучит уже как приговор, как бы ни сочувственно к нам не относилась интеллигенция.

— Мне жаль, – сказал Андрей оттого, что нужно было что-то сказать.

— Да перестань, мне тошно выслушивать это в сотый раз, – в ее интонации прошелестело нечто похожее на былой взрыв в споре, но был он настолько тих и мягок, что Львов едва не поморщился.

Несгибаемая в его глазах женщина, которая даже перед лицом смерти не проронила ни слезинки, восхищала Андрея все больше. Знал бы он, во что ей обошлась эта стойкость! Иногда за легенду, созданную нами самими с помощью тех, кто будет ей верить, приходится платить дорого.

— И от кого? От тебя! Мне всегда невыносимо было причинять боль тем, кого люблю. И их причинения боли мне, хотя с этим я свыклась.

«Зачем я так сказала? Это ведь не совсем соответствует истине… Дьявол, всегда так!»

Андрей не сказал в ответ ни слова. В очередной раз Алина подумала, почему Светлана считала, что в нем есть что-то темное, и никак не могла приблизиться к его великолепной металлической сущности. При своей прозрачности Виригина стерпеть это не смогла. Алина же не только терпела, но и считала это его лучшими качествами.

— Должно быть, каждой женщине необходимо найти мужчину сильнее ее, – проронила она, сама не зная, для чего.

— Или дурачка – подкаблучника. «Мужа – мальчика, мужа – слугу».

Неприветливая комната погрузилась в могильную тишину.

— Как можно обманываться, считая традиции и предостережения ерундой? Порой они чрезмерно стесняют, но никто не отказывался ведь от целительного эффекта здравого смысла. Предостережения не вздор завистника, как можно прогорать, стремясь к свободе и лишая себя последней, а вместе с ней и счастья и уважения? Почему, если на тебя никто не давит, ты можешь задыхаться?

— Давит! Еще как давит! Время, люди, я сама!!!

Андрей опустил голову.

— Все еще любишь? – испытующе спросил он почти сразу, не давая себе времени опомниться, подняв на нее взгляд исподлобья.