Книга Шахты, страница 18 – Анна Maffiya

— Ближе к делу, доктор. – прервал его трогательные воспоминания детектив.

— Девочка была вполне нормальной, с одной только особенностью – она не любила яркий свет. Ещё во младенчестве, няньки выносили её днем на улицу, и девочка заходилась истеричным воплем. Они не понимали в чем дело, глядя на бордовую от вспухших вен девочку, охрипшую от крика. Няньки заносили её в дом, и крестясь, пускались наутёк.

— Граф Фораман знал об этом? – поинтересовался герцог.

— Конечно знал. Иначе не пригласил бы меня. Все эти женщины, что нянчились с его дочерью рассказывали одно и то же. Девочка не хочет выходить на улицу, и закатывает истерики, если раздвинуть шторы. Они сжимали распятье и называли её ведьмой, боялись маленькую четырех летнюю девочку.

— Почему он пригласил доктора, а не экзорциста? – спросил детектив.

— Потому, что граф Фораман, как и мы с вами, скептик и реалист. – ответил доктор Андерсон. – И правильно сделал, иначе его четырёхлетнюю дочь в тот же день сожгли бы на костре.

— В чем состояла ваша работа, Саймон? – спросил Максимильян.

— Мне предстояло наблюдать за Эммой, постараться выявить причины такого поведения, и назначить правильное лечение. Эмма действительно была больна. Но как мне тогда казалось совершенно незначительным отклонением, которое сложно было назвать болезнью. Но по мере наблюдения за ней, я всё же выявил, что девочка боится света. Этот случай не был ранее описан в научных трудах, и я понял, что имею дело с уникальным явлением. И обязан зафиксировать наблюдения об Эмме в своих дневниках.

— И что вы зафиксировали?

— Я вел ежедневник, в который записывал все свои наблюдения, касательно поведения девочки, её пристрастий. Иногда я экспериментировал с ней.

— Экспериментировали? Надеюсь это не повредило её психике? – с тревогой спросил герцог.

— Уверяю вас, Ваша Светлость, что я не позволил бы себе навредить девочке. Все мои опыты абсолютно безвредны. Однажды я завязал девочке глаза плотной черной тканью и вывел её на улицу, солнце светило на нее, но она этого не видела. И вела себя совершенно спокойно, только просила поскорее открыть ей глаза. Так я понял, что свет для нее не представляет опасности. Проблема могла быть либо с светочувствительностью глаз, либо психологическим аспектом.

— И вы выяснили это?

— Да. Яркий свет причиняет боль её глазам, и отсюда выработалась боязнь выходить днем на улицу. Я выводил девочку во двор ночью и она не испытывала страха, пока мы гуляли в пределах двора, парка, сада. Но как только мы выходили за их пределы, Эмма тут же начинала нервничать и стремилась поскорее зайти обратно. Так у девочки обнаружилось ещё одно нарушение – это боязнь открытого пространства. А это уже чисто психологическая проблема. Шахты стали идеальным местом для её существования.

— Тесное пространство и отсутствие света. – заключил детектив.

— Именно! – подтвердил доктор.

— Скажите, Саймон, а вы пробовали лечить эти недуги, чтобы девочка могла поправится? – поинтересовался Максимельян.

— К сожалению, психология не мой конек. Я посоветовал графу хорошего психиатра, но он был взбешен от моих заключений и заявил, что его дочь не сумасшедшая. Услышав о психиатре граф сделал неправильные выводы.

— Так девочку не удалось осмотреть психиатру?