Книга Квартира в Париже, страница 61 – Келли Боуэн

— Да.

У Габриэля вдруг возникло столько мыслей и вопросов, что он совершенно запутался.

Они продолжали смотреть друг на друга.

— Значит, ваш дед обнаружил какие-то свидетельства, что она не погибла в Польше? Что-то же подвигло его на поиски?

— Не знаю.

— А вдруг она что-то знала о тех картинах в тайнике?

— Не знаю.

— Может, они с моей бабушкой во время войны вместе прятали людей?

— Не знаю, – заладил Габриэль как заевшая пластинка.

Лия хмыкнула, разглядывая танцовщиц Дега на стене и словно ожидая, что они заговорят и откроют свои тайны.

— Уж не знаю, чем ваша двоюродная бабушка могла заниматься в Париже после тридцать девятого года, но МИД и переводы явно ни при чем.

— Точно, – едва слышно согласился Габриэль. – Я тоже так считаю.

Он как-то слишком бережно положил фотографию Милбрука поверх других.

— Скорее всего, она была разведчицей.

Софи

ХЭМПШИР, АНГЛИЯ, 4 марта 1943 года

Софи проснулась от удара по голове.

Не настолько сильного, чтобы нанести травму, но достаточного, чтобы оглушить, пока ее выволакивали из постели. Жмурясь от яркого света, залившего комнату, она попыталась прийти в себя.

— Шевелись! – рявкнул кто-то по-немецки. Она пошатнулась, стоя босиком на ледяном полу.

Грубые руки больно схватили ее за плечи и толкнули вперед. Софи попыталась рассмотреть тех, кто ее держал, но тут же заработала оплеуху.

— Не оглядываться! – рявкнул один из налетчиков.

Софи поволокли из спальни в коридор, а потом вниз по лестнице и втолкнули в пустую мрачную комнату с единственным стулом посередине и едва теплящейся лампочкой без абажура на потолке. Усадив на стул, эти двое заломили ей руки за спину, связали веревкой и ушли, не проронив больше ни слова.

Софи глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться и унять бешено колотящееся сердце. Плохо, конечно, что ее застали врасплох, но сейчас надо сосредоточиться на имеющихся возможностях. Что можно увидеть, услышать, почуять, ощупать. Что может пригодиться.

Холод пробирал до костей, а от тонкой сорочки толку было мало. Кроме тусклого пятна света, в котором она сидела, вокруг царила непроглядная тьма. Сквозь запах сырости и плесени откуда-то поблизости тянуло табачным дымом и вонью немытого тела. Из темноты чуть дальше послышался чей-то кашель. Значит, здесь еще как минимум двое неизвестных, которых никак не разглядеть.

Софи как бы невзначай поерзала на шатком стуле, и он застонал и заскрипел на все лады. В позвоночник врезались тонкие перекладины спинки. Опасаясь, что за ней наблюдают, она незаметно проверила на прочность путы на запястьях. Ага, могли бы связать и покрепче. Стоило стиснуть кулаки, и узел начал понемногу поддаваться. Да, слабоват.

— Как вас зовут? – прозвучал резкий вопрос из темноты.

— Софи Бофор, – ответила она, уставясь прямо перед собой.

— Что вы делаете в Париже?

— Мой муж торгует косметикой. У него своя фирма. Я ему помогаю.

Узел на запястьях еще немного ослаб.

— Косметикой? – раздался чей-то смех. – Во время треклятой войны? Вранье.

— Я не вру. Все документы в порядке, можете сами проверить.

Софи ахнула от внезапного удара по лицу и только потом поняла, что ее окатили ледяной водой из ведра.

— Вы шпионка, – продолжал голос. – Колесите по всей Франции, разнюхиваете.

— Я н-не шпионка. У м-моих родных н-небольшая фирма в Марселе. Досталась мужу по наследству после смерти моего отца. Мы производим пудру и губную помаду.