Книга Квартира в Париже, страница 116 – Келли Боуэн

— Хорошо. Только разрывать конверт прямо здесь я не буду. Лучше аккуратно вскрою у себя в студии. Неважно, кому оно принадлежит, это частица истории, и обращаться с ним надо соответственно. И все эти документы, неважно чьи, надо передать в архив.

— Как ученый, я понимаю и поддерживаю трезвый подход к делу. А как любительница детективов Агаты Кристи готова визжать, рвать и метать от нетерпения, а потом разодрать этот конверт прямо зубами.

Габриэль усмехнулся, забрал у нее конверт и принялся собирать остальные письма.

— Если это письмо на самом деле как-то связано с Софи Сеймур, у нас появится хорошая зацепка для поисков в государственном архиве. У Патрика, того приятеля, о котором я рассказывал, есть там хорошие связи. И просто невероятное чутье, куда смотреть, чтобы не упустить самое важное. Наверное, здорово помогло устроиться на такую работу.

— Ну вот, а как славно начиналось.

— К сожалению, но… ничего не поделаешь.

— Ну хотя бы подсластите пилюлю.

— Каким образом?

— Пока мы здесь, покажите другие свои работы. Те, что прячете на этом чердаке.

Он помедлил и снова принялся за работу.

— Нет.

— Нет? – нахмурилась Лия. – Вы серьезно?

Габриэль не ответил.

— Значит, серьезно, – выдохнула она. – Но почему?

— Потому что это личное. А моя личная жизнь вас не касается.

— А когда целоваться полезли, вы об этом не подумали?

— Может, и не стоило. Пожалуй, промашка вышла.

— А мне так не показалось, – растерялась Лия.

— Да какое вам вообще дело до моих картин? – выпрямляясь, вспылил он.

— Ваш дедушка прав. У вас удивительный талант. И не нужно его скрывать.

— Я не скрываю.

— Он правду сказал? Вы когда-то собирались устроить выставку?

— То была дурацкая детская блажь. Тот мальчишка все детство видел, как дед с отцом в погоне за голубой мечтой раз за разом остаются ни с чем.

— Значит, сегодняшнее обещание устроить выставку – просто вранье?

— Вы не понимаете.

— Вы правы, не понимаю. Так вы боитесь провала?

— Ничего я не боюсь. Боже, если вы выклянчили пару картин, это не дает вам права вмешиваться в мою жизнь или карьеру, – разозлился он.

— Я же…

— И позвольте напомнить, что у нас просто… общая цель – разобраться в прошлом наших родственников, и вы моя клиентка.

— Точно. Клиентка, – с упавшим сердцем согласилась она. – Чересчур настырная. Не беспокойтесь, больше не повторится.

Габриэль вскинул голову и закрыл глаза.

— Зачем вы меня вообще пригласили? – спросила Лия.

Он открыл глаза, не поворачивая головы.

— Хотел показать мастерскую. Клиенты имеют право знать, куда попадут их произведения искусства.

— Нет, я имела в виду Милбрук.

Он покачал головой в ответ не то ей, не то своим мыслям, кто его знает.

— Раз вы моя клиентка, я решил, имеете право знать, что тут может выясниться. В конце концов, все это связано с картинами и теми событиями, в которых могла участвовать ваша бабушка.

— Ага. Дополнительная услуга, так сказать.

— Нет. То есть да. То есть… Как-то грубо у вас выходит.

Это еще мягко сказано.

— Так какие у вас намерения? Изучить найденные сегодня письма и сообщить, если обнаружится какая-то связь с моей бабушкой и ее коллекцией в тайнике?

— Ну… да. Хотя если здесь до сих пор не нашлось никаких следов, вряд ли появится что-то новое. Может, еще удастся что-нибудь прояснить о судьбе моей бабушки, но никакой связи с картинами пока не прослеживается.