Книга Охотники на Велеса, страница 31 – Татьяна Иванова

— Да пил я, Любавушка, как же.

— А то я не вижу, что кувшинчик полный.

— Так горький-то отварчик твой.

— Ты как малый ребятенок, дядько Тишато. Конечно, он горький. Зато целебный. На полдня тебя одного оставить нельзя.

Дальнейшее ее ворчание заглушил дружный стук ложек.

* * *

На следующее утро Любава решила, что славный город Муромль уже достаточно протрезвел со времени старостиной свадьбы, и отправилась на рынок. Неторопливо прошла сказочно красивый город насквозь, любуясь резными наличниками, узорчатыми поясами над воротами и калиточками, изящными журавлями над колодцами. Рынок располагался на высоком берегу Оки недалеко от причалов. Солнышко светило, речка внизу сверкала и сверкающими бликами ластилась к причалам, дальний лес на низком противоположном берегу темнел на фоне синего неба, воздух был по-осеннему прозрачен и напоен речной свежестью.

Любава приценилась к продуктам. Зерно было по-прежнему дорого. Но его новгородцы привезли с собой. Мед, рыба и яйца стоили недорого. Мясо недешевое, но во всех видах. И соленое, и копченое, и в живом виде, мычащее и хрюкающее. Всего достаточно. Покупать она ничего не собиралась, потому что для доставки продуктов к их двору сначала нужно было подогнать на рынок телегу.

На обратном пути одинокая покупательница поняла, что недооценила щедрую душу Муромского старосты. Народ протрезвел далеко не до конца. Ее пытались затащить и в проулки и в лазейки в заборе. В одном закоулке Любава даже кинжал достала, иначе парни не отвязывались. Когда она уже прошла половину города, к ней пристал тот красивый песенник, который пел ей величальную песню на свадьбе.

— Как звать-то тебя? — спросила Любава, останавливаясь. Уж очень он тогда красиво играл и пел.

— Сольмир. Может, поговорим?

— Давай.

— Но не здесь же. Пойдем в овин, там тепло.

Он выглядел совершенно трезвым, так же внимательно изучал Любаву, как и она его. И ей же надо было налаживать связи с местным населением. И девушка согласилась. Они забрались на верхний этаж овина, снизу оба этажа прогревала печечка. Из-за ароматных колосьев и трав, запах сушащегося лука не особо досаждал. Любава села на дощатый пол, прислонилась к стене и обняла колени руками.

— О чем говорить хотел?

— Э-э-э, ты же не спешишь, давай для начала выпьем за знакомство, — он протянул ей небольшой изящный кувшинчик, ослепительно улыбнувшись.

Любава не спеша сняла крышечку и поднесла кувшинчик к лицу, осторожно принюхиваясь. Ну и дела! Не доверяя своему исключительно развитому обонянию, потому что в овине так пахло луком, что она вполне могла ошибиться, лекарка сделала маленький глоточек. После чего сомнений не осталось.

— Объясняй мне теперь, Сольмир, зачем ты несчастную девицу обмануть собрался.

— Обмануть? Это сильно сказано.

И даже не покраснел.

— Ничего особенного, конечно, но если это не сонный хмельной напиток, то я не лекарка, а подземный горносталь, — дружелюбно разъяснила Любава.

— Это не просто сонный напиток, — слегка смутился Сольмир. — Тебе же приятнее будет. Ну что ты так смотришь? Али не знаешь, зачем парень с девкой в овин забираются.

Об этом как раз наивная Любава и не подумала, когда соглашалась на посещение овина, глядя в голубые глаза под красиво изогнутыми бровями.

И все же.