Книга Лотос Серебристый, страница 58 – Александра Хартманн

— Сестренка, дорогая! — Джи бросилась ко мне и припала всем телом.

На несколько бесценных мгновений мы замерли, наверное впервые за долгое время осознавая, насколько дорожим друг другом.

— А где Даниэль? — спрашиваю я, вспоминая о брате.

— Его сбросила лошадь, черт бы побрал глупое животное, — выругался отец, пряча влажные глаза в платке, — но и ваш братец тоже хорош, совсем позабыл, как держаться в седле.

— С ним все в порядке?

— Да, — кивнула Джи, — к счастью, он отделался легким вывихом.

И она рассказала мне все, что произошло. Оказывается, едва аннамцы схватили нас с Эдвардом, приехал отряд офицеров, а также отец с полковником Броссаром, месье Гереном и мистером Томпсоном теснили бунтовщиков с полей.

— Самое ужасное во всей этой заварухе — это предательство! — воскликнул отец, бешено сверкнув зелеными глазами, — этого я простит никогда не смогу!

Я перевела испуганный взгляд на Джи, и сестра принялась объяснять то, что имел в виду отец. Оказывается, многие кули с рабочих линий встали на сторону аннамцев.

— Они хотели убить Чао Конга, — эту фразу Джи произнесла с особым нажимом, выразительно на меня взглянув.

— Этот проклятый невежественный народец думает, что сможет прожить без нас! Без французов! — горячился отец. Он уже поднялся и в своей привычной манере ходил взад-вперед по комнате, словно дикий тигр в клетке. — Но я так вам скажу, любой! Слышите, любой, кто посягнет на собственность Эдмонда Марэ будет тут же уничтожен мною же!

— Папа, но Чао Конг и правда очень жесток с рабочими, особенно с женщинами, — робко вставила Джи, — мне рассказала сама Парамит, что он ее…

Но отец уже совсем разошелся. И не желал слышать ничего дурного о своем надсмотрщике.

— Достаточно, Джи! — он сделал движение рукой, словно отмахиваясь от этой глупой мысли. — Эта девка лао наплетет о Чао Конге что угодно, лишь бы отомстить ему за своего женишка. Который, между прочим, пытался дать дёру с плантации. Что за дармоеды населяют эти земли! Пока с ними общаешься с помощью палок и угроз, они работают, но стоит ослабить хватку, стоит начать общаться с ними, как с людьми, они тут же всаживают кинжал в спину.

К счастью, достаточно быстро подошла помощь французского гарнизона, проблема была в том, что мятежники были хорошо вооружены и хитры, достаточно только вспомнить то, что они вырядились в форму французских офицеров.

— Их удалось поймать? — спрашиваю.

— Не всех, увы! — воскликнул отец. — Но многих вырезали, а многих и взяли живьем. Теперь они запоют голубчики. В застенках месье Агеррана раскалывался не один аннамец и лао.

— Их командир говорил что-то о нападении на короля и губернатора, — говорю, вспоминая безумный смех и глаза Сан Хуна.

Отец с сестрой внимательно выслушали все, что я могла рассказать. О том храме, затерянном в джунглях, поросшем деревьями и лианами, об аннамцах, и как они хотели убить Эдварда прямо у меня на глазах. При этом дыхание сбилось у меня в горле, а голос задрожал, выдавая охватившее меня волнение. Я до сих пор не узнала, что с Эдвардом. Джи сразу же уловила мои чувства.

— С ним все хорошо, — тепло произнесла она, сжимая мою руку, — к счастью, французский отряд во время нашел вас на берегу реки. Эдвард сейчас у себя дома во Вьентьяне.

Давящая боль в груди резко отпустила, и вслед за ней меня накрыла истерика, я отвернулась, чтобы не встречаться взглядами с отцом и сестрой, и разрыдалась.