Онлайн книга «Как Веприк, сын Тетери, маманю спасал»
|
Они все трое оглянулись на Березовку и вздохнули: сзади оставались дома и теплые печки, а впереди – снег и холод. — И-и-их! – крикнула Дуняшка и полезла из шалашика. Она проснулась и желала развлекаться, лучше всего – валяться в снегу. — Вот он, самый веселый наш товарищ, – сказал с улыбкой бортник, запихивая девочку назад в тепло. – Вот, кто ничего не боится! Поехали, милая, деда тебя на саночках покатает. Во все дни Коляды между деревнями ходил и ездил на телегах народ – в основном молодые парни в гости к девушкам или драться на кулаках. Так что по лесу шла нахоженная дорожка, прикрытая упавшим за ночь снегом. Путники бодро топали по ней, но уже разгорячились и чувствовали, что путь предстоит нелегкий. — Ты песни петь обещал! – пыхтя, напомнил Чудороду Добрило. — Потом! – пропыхтел тот в ответ. – Вечером. Или лучше завтра. В ложбинке снегу было больше и дорожка совсем исчезла. Сугробы там лежали Веприку по пояс. Могучий бортник брел впереди, за ним, расчищая путь, ехали санки. Чудород, как по скатерти, трусил по расчищенной тропе позади санок и гудел: — А когда дороги совсем не будет, ляжем в снег и замерзнем, бедные… Добря, ты не знаешь, волк откуда есть начинает – с головы или с ног? Не хочешь говорить… ну, я лучше Веприка спрошу, он охотник, знает, наверно. Вепря, ты не знаешь… — Ты о чем-нибудь хорошем говорить можешь? – возмутился наконец Добрило, вытащив санки из ложбинки и остановившись на минуту. — Ладно, Добренька, ладно… о хорошем? Сейчас поговорим… Чудя погрузился в размышления, бормоча себе под нос, и некоторое время березовцы шли молча – к большой своей радости. Добрило нырнул в новую ложбинку и поплыл в снегу, расчищая проход. "А и правда – как же мы вот так пойдем всю дорогу? – подумал Веприк. – Ведь и упадем и замерзнем… и волки нас, пожалуй, съедят. С головы они начинают или с ног?… Тьфу ты!" Впереди бортник скинул верхнюю одежду и шагал в рубашке, а от него во все стороны валили клубы теплого пара. Но Чудя в конце концов снова разинул свой болтливый рот: — Ох, чудо чудное! Сейчас пирог с печенкой нашел! Горячий! Вку-у-усный! Ам! Добрило от неожиданного такого заявления встал, как вкопанный, и уставился на Чудорода. На Чудорода он смотрел недолго: упустил санки и они поехали вниз, сбили Чудю с ног и похоронили под собой. — И-и-и-их! – крикнула довольная Дунька и снова полезла из мехового домика. — Чудя, ты что? Какой пирог нашел? – с беспокойством спросил Добрило, снимая с товарища санки и возвращая Дуняшку в гнездышко. – Ты как себя чувствуешь? Головой не стукался? — Я очень хорошо себя чувствую, – кротко ответил Чудя, лежа на спине в снегу. – А по голове ты меня только что санками стукнул… А про пирог я наврал – ты ж просил сказать что-нибудь хорошее. — Ах ты бессовестный! Что ж ты, не мог по-настоящему что-нибудь хорошее сказать?! Обязательно врать надо? — А что по-настоящему у нас есть хорошего?! – завопил Чудя. – Одни, заблудились в лесу дремучем! До костей промерзли! — Кто заблудился – посреди дороги?! – заорал на него Добрило. – Где ты дремучий лес нашел? Кто промерз? Чудя! Пойди поближе, я тебе, болтуну дырявому, ноги оторву! — Ты еще хуже Матрены, – надулся Чудя, вылезая из оврага. – Уже и сказать ничего нельзя… — Я с ним с таким не пойду, – жаловался на ходу бортник Веприку. – Оставим его в соседней Березовке, а то он нам все уши проговорит… Ах ты, озорник! Ну-ка, слезай с санок. |