Книга Как Веприк, сын Тетери, маманю спасал, страница 104 – Хатка Бобра

Не дожидаясь, пока солнечный бог закончит свою речь, песок возле чудиной левой ноги зашевелился и из него начала вытаскиваться зеленая змея толщиной в человеческую руку. Чудя заорал от страха и очень ловко запрыгнул к бортнику на спину, но змея оказалась молодым ростком, который распрямился, одеревенел, в одну минуту оброс сверху листьями и превратился в дерево. Пока мужики, открыв рты, дивились на чудо, они оказались со всех сторон окруженными такими же стремительными ростками и вот уже стояли в молодой пальмовой рощице и под ногами у них зеленела травка. Вместо палящего зноя кожа теперь ощущала прохладу и свежесть, в траве один за другим раскрывались невиданные огромные цветы, а на пышной ветке даже чистил перышки красно-зеленый попугай.

— Вы, наверно, есть и пить хотите? – вспомнил Даждьбог.

Тут же высоко над землей под пальмовыми листьями начали набухать плоды. Как раз, когда Чудя слез с Добрилы и встал в тени под пальмой, плод созрел, оторвался и шмякнулся прямехонько щуплому березовцу на макушку. Чудя упал, а плод раскололся пополам. Был он внутри снежно-белый, а снаружи – коричневый и на удивление мохнатый, словно собака.

— Вот вам кокосовый орех, – пояснило доброе солнце. – Внутри – сок, как в горшке.

— Как же его есть, пакость такую лохматую? – с сомнением поинтересовался Добрило. – Он не на орех, он на крысу похож.

— Ай-ай, кто это у нас капризничает? – строго произнесло солнце. – Ну, не хочешь кокос – на тебе ананас. Вам как раз витамины нужны.

Сбоку от бортника немедленно образовался зеленый куст, который выстрелил вверх здоровенной почкой, выросшей и созревшей на глазах.

— Что ж мне теперь шишку эту сосновую глодать? – уперся Добрило. – И не нужны нам эти… как их…

— Вмятины, – подсказал Веприк.

— Вмятина у меня уже есть, – пожаловался Чудород, трогая ушибленную макушку. – Больше нам не надо.

— Боже, нам бы яблочко, – попросил бортник. – Или репку.

— Это ты хорошо придумал, – рассердился Даждьбог. – Яблоки с пальмы собирать! Вот вам всяких угощений, выбирайте, что понравится. Не объешьтесь только.

Маленький оазис наполнился шелестом и треском, везде росли кусты и стебли, растопыривались ветки, разворачивались листья, свешивались с веток плоды, вылезала из земли ботва. Березовцы с восхищением крутили головами, обнаруживая то малину, то дыню, то виноград, то рябину, кусты лесного ореха, грядки земляники и репки, бананы, персики, ежевику, свеклу, финики, апельсины, помидоры, клюкву, сахарный тростник, а под одной пальмой даже вырос белый гриб. Русским путешественникам на радость в середине зеленой поляны поднялась стройная яблонька, оделась листвою и нарядилась в бело-розовые цветочки, которые, не задержавшись и пять минут, осыпались, как душистый снег, оставив зеленые почки. Почки выросли и превратились в спелые яблоки – да такие золотые и румяные, что глаз не оторвать.

— Слава тебе, светлый Даждьбоже, отец наш и кормилец! – вскричали березовские путешественники, утирая с подбородков малиновый и желтый сок.

— А гуся жареного не будет? – на всякий случай поинтересовался Добрило.

— А как я тебе гуся выращу – на кусте что ли? Ешьте, что дают и не капризничайте! И попугая, смотрите, не обижайте. А то знаю я вас, мальчишек: чуть отвернешься, уже рогаток наделают…