Книга Как Веприк, сын Тетери, маманю спасал, страница 103 – Хатка Бобра

— А стражников наших ты оттуда, сверху, не видишь? – решился наконец спросить Веприк. – Поймали они верблюдов или нет?

— А то нам интересно, скоро ли мы снова по шее получим, – подсказал Чудород.

— Пока не поймали, – добродушно сообщило светило и снова задумалось. Березовцы, надеясь на скорое спасение, топтались на месте и переглядывались.

— Ах, какая славная девочка! – вдруг умилился Даждьбог. – Ах ты, маленькая! Люблю детей. На тебе ягодку.

Рядом с Дуняшкой из песка быстро вылезла плеточка земляники, на которой тут же созрела ягода. Дуняшка ее слопала и принялась копаться пальчиком в песке – искать еще, но сколько ни старалась, ничего больше не нашла. Она обиженно засопела, но ягодки больше не появлялись. Дунька топнула ножкой и заревела во весь голос.

— Ах, ах, плачет девочка, – пожалел ее солнечный бог. – Животик, наверно, болит. Или коленочку ушибла. Надо знаете что сделать? Кисельку ей сварить – от живота очень помогает. Или от коленки – сейчас точно не скажу, у меня столько детей, что я давно все перепутал. А еще хорошо ниточку к зубику привязать и дернуть… полезно очень… только причем тут коленка, разрази меня Перун, не помню…

— Пока он вспомнит, от нас рожки да ножки останутся, – пробормотал Чудя.

— А бывает еще – детки простужаются… ах, ах, бедненькие, маленькие. Тогда нужно… что же нужно? Ах, да – срочно их в угол ставить. Или уши надрать – если сильная простуда. Очень организм укрепляет… И чего это ваша девочка все плачет? Плаксивая какая.

— Скажи, Даждьбоже, а арабы тебе тоже дети или только мы? – крикнул Чудя.

— Чего мне пора бы? – крикнул в ответ бог.

— Арабы! А-ра-бы! – хором закричали березовцы.

— Мне отсюда слышно плохо – у вас девочка плачет… Замолчишь ты когда-нибудь, противная девчонка?! – возмутился Даждьбог и пригрозил: – Я вот тебе сейчас,.. – он нахмурился, вычисляя, какой бякой можно наказать годовалую малышку, – …бантик повяжу! – угрожающе закончил бог.

— Арабы тоже тебе дети? Или нет? – уточнил Чудя еще раз.

— Арабы мне не молятся. Но все равно – я всех грею своим теплом и всем свечу своим светом. Все мне дети – от малой букашки до динозавра. Что-то давненько я их не видел, динозавров… Глаз да глаз с этими детьми!

— Значит, ты не согласишься сжечь наших стражников? Или песком их засыпать? – огорчился Чудород.

— А может, их в угол поставить – месяца на два? – предложил Добрило.

— Ай-яй-яй! Какие вы злые, дети мои. Не стыдно?

— Так арабы ведь убить нас хотят! Вот в этот котел засунуть.

— А и правда! Я ж все знаю! – спохватился бог. – Я и пришел помочь. Так… Что там Ладуля говорила? В гости к Горыне, значит, идете?

— Да! Да! – закричали березовцы.

— Тогда вам туда! – сообщило солнце, кивая в середину черной котловины.

— Боже, ты помочь пришел нам или арабам? – уточнил Чудя, поглядев в указанную сторону.

Солнце полыхнуло ярким желтым светом, окатив всех волной ласкового тепла, что было бы очень приятно, если бы березовские путешественники уже не взмокли от жары и усталости.

— Слушайте меня внимательно, дети, – велело светило. – Перед вами – самое жаркое место на земле. Оно такое горячее, что земля тут потеет каменным потом, как в бане. Я могу умерить жару, но, чтобы окрестность остыла, потребуется пара дней, так что потерпите, раньше вам идти туда нельзя… А я вам пока тенечек сделаю, отдыхайте, милые.