Онлайн книга «Элиза и ее поклонники»
|
Даже не имея возможности обменяться с ней парой слов с глазу на глаз, он смог дать ей понять, что письмо ожидает ее в дупле, а она, как только дождь притих, не замедлила забрать послание. Следующим же утром Филипп получил ответ, найдя его не в дупле (ливень не позволял выйти в сад), но в нотной тетради, которую Элиза, сидевшая за роялем, попросила ей принести. Незаметно забрать и спрятать сложенный листок было нетрудно. Труднее оказалось дождаться времени, когда можно будет прочесть записку, а еще труднее – прочтя ее, перестать думать о том, что в ней говорилось. Эта главка романа большею частью представляла собой описание пейзажа, напомнившего Филиппу шварцвальдскую долину реки Ос, однако, встретившись там, на лоне природы, со своим возлюбленным, М. вдруг обращалась к нему с такими словами: Я томлюсь в ожидании минуты, когда твое горячее дыхание коснется моей шеи, моей груди, моего бедра и всего того, что я так ревностно оберегаю от чужого взгляда. Живу надеждой на твои поцелуи. Прочитав это, Филипп сглотнул: представившаяся ему картина оказалась неожиданно смелой. У Элизы был несомненный талант к сочинению подобных писем, причем девушка, очевидно, обладала развитым воображением. Если ее грудь и шею он, Филипп, в самом деле целовал, то как ей пришло в голову написать о прикосновении мужских губ к женскому бедру? Что бы он увидел, если бы поднял юбки Элизы? Носила ли она французские дамские панталоны? Льняные или шелковые? Или же она вовсе не следовала этой новейшей моде? Филипп застонал. Как мог он ответить ей? То есть нет! Как мог А. ответить М.? Не следовало забывать: эти письма принадлежат вымышленным героям, а не им с Элизой. М. уже целовал А. в бедро, в то время как Филипп не смел зайти так далеко. Проклятие! Да откуда же она это взяла? Откуда ей было знать, что он хотел бы, но не мог себе позволить? С каждым днем нарастало его желание прикасаться к ней, целовать ее губы, шею, груди, бедра… Довольно! Филипп сложил листок и спрятал в жилетный карман. Как бы ни бушевала непогода, ему нужно было выйти на свежий воздух, а еще, пожалуй, хорошенько выпить в «Лисе». «Возможно, Франц согласится составить мне компанию? – подумал он. – Другие знакомые господа вряд ли сумеют меня отвлечь, ведь ни один разговор с ними не обходится без упоминания об Элизе. Дескать, какой я счастливец, что живу с этим ангелом под одной крышей. Если бы они только знали, о чем говорят!» * * * — Воображаю, как ты скучаешь! – сказал Франц, когда они уселись за столик в «Лисе», наслаждаясь теплом и сухостью после прогулки под дождем. – Я прекрасно тебя понимаю и восхищаюсь твоей учтивостью в отношении моей сестры, чью игру ты изо дня в день терпеливо слушаешь. — Эти маленькие концерты действительно доставляют мне радость. — Хорошо, если хоть что-то тебя развлекает, ведь, вообще-то говоря, Элиза и Анна – не самая подходящая компания для нашего брата, – ответил Франц, смеясь, и заказал два пива. – Они обе еще дети, пусть даже теперь им разрешается ездить на балы и кокетничать с поклонниками. Совсем не так давно Филипп легко согласился бы с этими словами своего друга, теперь же он промолчал, подумав: «Да, Элиза юна. Однако она вовсе не дитя, а притягательная молодая женщина с живым умом и прекрасным телом, которое… Нет, так продолжаться не может!» |