Онлайн книга «Светлый град на холме, или Кузнец»
|
— Где Эйнар? — хмурясь, спросила она. — Почему ты ещё не ушёл? — Я вижу, что ты затеяла, — сказал я, глядя ей в лицо. — «Дроттнинг взойдёт на его погребальный костёр»? Ты … — Сигурд живой, — сказала Сигню, — ни на какой костёр я не собираюсь. А вот терем сжечь хочу, не след по нему грязным норвеям шастать! Я посмотрел на неё почти как Скегги, откуда столько силы, самообладания? — Я же правитель, Никтагёль, — ответила она моим мыслям, улыбнувшись, — меня всю жизнь учили этому, не терять самообладания и делать дело. Кто ещё, если не я? Я над вами, вы все под моей рукой… Так что слушайся дроттнинг, Никтагёль, не веди себя как капризный любимчик, уходи. Вот так, наотмашь, раз и два прямо как кулаком в лицо… Но на меня подействовало, я послушался и, взяв Эйнара, как было поручено и ушёл за остальными в большой, удивительно хорошо сделанный подземный ход, где по всему пути были даже развешаны факелы, закреплённые на столбах, поддерживающих стены и своды… Да, когда они этот проделали всё? Как успели незаметно такую работу провести? Под видом какого строительства рыли этот ход? Впрочем в Сонборге, как и по всей Свее столько всего строилось все последние годы, что не углядишь… Я готова, все ушли. Скегги последний, я встречаю его на площади у терема. Уже и ночь подкралась, зимой день мимолётен, как улыбка старой девы. В воздухе затишье, пахнет метелью, тучи идут, должно быть… — Все теремные хотя бы ушли? — спросила я Скегги. — Жены хакана Рауда я так и не видел, — сказал он. — Я посмотрю, — сказала я. — А почему у Дионисия свет горит? — Он отказался идти, Свана. Никак не соглашался… Книги даже все отдал, а сам… — Уходи! — крикнула я на ходу, подбегая к Библиотеке. — Свана, идём, не пойдёт старик, пропадёшь ещё из-за него! — Уходи, я сейчас же за тобой! Я спешу, спотыкаюсь по крутой лестнице вверх к Дионисию в келью. Чёрт твой греческий забери тебя, старый упрямец! Ещё упаду здесь из-за тебя!.. Я подобрала повыше длинную юбку, мешающую на высоких ступенях. Он сидит за столом, погружённый в чтение. Все книги отдал, как бы не так, отдаст он все… — Дионисий! Ты смерти моей хочешь, что ты делаешь?! Почему не ещё ушёл?! — задыхаясь от спешки и быстрого подъёма, проговорила я, держась за живот, куда упало сердце, сбитое неровным дыханием… — Что ж ты, царица, бежишь? Бросаешь низших своих? — Все ушли, кто хотел. Почему ты остаёшься? Тем, кто идёт сюда, Просвещение и твои беседы о Добре и Чистоте не нужны! Они просто убьют тебя. — Почему ты уходишь?! Ты не должна. Ты должна выйти за Ньорда и вести его к Свету. Я вздохнула обессиленно и села на лавку у входа, хоть дух перевести: — Я замужем, ты забыл? — Сигурд твой брат. — Это ложь. — Да нет, — он повернулся и остро посмотрел на меня: — я помню, что тут было тогда, — говорит, пристально глядит, чуть ли не впервые так внимательно разглядывает меня. — Это очень похоже на правду. И Сигурд похож на Эйнара. Ты не хочешь признать, что он тебе брат, потому что… — Перестань, Дионисий, не время разводить беседы, идём! — не хватало мне его рассуждений, особенно сейчас! — Нет-нет, — он качает головой, — и тебе, грешница лучше остаться, погибнуть, стать жертвой тёмных сил и этим искупить свой грех… Я поднялась: — Какой грех на мне, Дионисий? Я была честной женой и правительницей ни на минуту не забывающей о «низших своих», как ты говоришь. В чём мой грех? |