Книга Ничья, страница 37 – Дан Берг

Лилит – женщина красоты исключительной, редкой, пожалуй, даже уникальной. Вид сей особы будит возвышенные чувства в мужчинах благородного склада и электризует недостойное воображение в прочих представителях сильной половины человечества. Долгое пребывание в среде бесполых ангелов ничуть не ослабило строгих эстетических требований Лилит к собственной персоне.

Высокий рост, совершенные пропорции тела, божественная красота лица, ясный взгляд огромных карих глаз, манящая белозубая улыбка, столетиями неувядающая белая кожа и, наконец, раскинутые по плечам гладкие черные волосы. В высшей степени скромная ее одежда отличается безукоризненным вкусом. Она скроена и пошита столь ловко, что одновременно и скрывает, и акцентирует. Одежда – визитная карточка ума!

Улучив момент, когда рядовые члены экспедиций были заняты хозяйственными делами, спустившаяся с вершины горы Лилит подала знак начальникам приблизиться к ней. Осчастливленные, мужчины поторопились подойти к прекрасной незнакомке.

— Приветствую вас, пришельцы. Меня зовут Лилит. Мне поручено говорить с вами от имени Вышнего. Я готова выслушать вас.

— Счастлив видеть тебя, женщина! – воскликнул бургандский начальник, называя свое имя.

— Ты воистину прекрасна, Лилит! – вторил начальник дрорской экспедиции, представляя себя.

— Оставим в стороне комплименты и сантименты. Прошу перейти к делу. Что привело вас к подножию Поклонной горы? – строго спросила Лилит.

— Я и мои люди хотим поведать Вышнему о бесспорном превосходстве бургандского духа. Мы намерены просить Его благословения на всемирную гегемонию, – прямо и откровенно доложил бургандец.

— Превосходство бесспорное? Просить намерены? Звучит не к месту самоуверенно. Вышний не привык к такому языку! – сказала Лилит, с уважением отметив про себя мужскую напористость представителя Бурга, – а ты, человек, чего хочешь? – спросила она дрорца.

— Выражусь деликатнее, – ответил начальник экспедиции Дрора, – хотя мои намерения аналогичны, но я склоняю главу свою пред троном Вышнего и отдаю себя во власть Его божественной воли.

— Ты учишься на чужих ошибках – это похвальная хитрость, – внешне одобрительно, но с внутренним неприятием заметила Лилит.

— Назначь мне и моим бойцам время свидания с Вышним, – потребовал бургандец.

— Я покорно ожидаю аудиенции, – пролепетал дрорец.

— Должна огорчить вас обоих, мальчики, – безжалостно бросила Лилит, – дело в том, что, утомленный разочарованием в людях, Вышний почивает. Он примет вас по пробуждении, но когда Он восстанет ото сна – Бог сам себя знает!

— Вышний разочарован в людях, но мы, дрорцы, наполовину происходим от ангелов небесных! Нас-то Он мог бы выслушать! – осмелевши, возразил начальник дрорской экспедиции.

— Никому в мире не позволено будить Его! – отрезала Лилит.

— Беспечальному сон сладок. Милая подружка подушка! – иронически заметил бургандский начальник и заслужил скрытое одобрение Лилит за дерзкий язык.

— Думайте что угодно, – сказала Лилит, – но вам придется набраться терпения и ждать пробуждения Вышнего. Предлагаю расположиться поосновательней у подножья Поклонной горы. Я буду вас навещать и при необходимости помогать в удовлетворении земных чаяний.

* * *

Оба посланничества прислушались к совету прекрасной женщины и принялись устраивать свой быт на постоянной основе. Бургадцы помнили о выгодном коэффициенте. Дрорцы наслаждались новой формой свободы.