Книга Йони и Шош, страница 20 – Дан Берг

Осуществив сию процедуру, Даниэль вернулся в рабочую комнату, вновь улегся на топчан, и на этот раз задремал. Вечером ему предстояла встреча с Акивой.

Глава 7

Разговор с недружелюбным Иоакимом и его эмоциональной супругой потребовал значительного душевного напряжения даже для такого бывалого дознавателя, каким являлся Даниэль. Любовь к творчеству есть великое утешение. Пребывая в наивысшем творческом напряжении на всем протяжении беседы и искусно направляя ее в желательное русло, он подталкивал Шош к первейшей важности признанию. Возможно, к облыжному, но, нельзя исключить, что и к честному – расследование покажет. “Значимость лжи не уступает значимости правды, и не только в дознании!” – полагал Даниэль.

Вечером к Даниэлю с рабочим визитом прибыл Акива. Племянник запросто вошел в комнату к дядюшке, учитель и ученик обменялись краткими приветствиями и немедленно приступили к делу. К чему церемонии? Как говорится, всему свое время, и свой срок всякой вещи под небесами.

— Я побывал в доме Иоакима на предмет выяснения версии Шош, – сообщил Даниэль племяннику.

— Она, конечно, напрочь отвергла утверждение судей? – уверенным тоном задал вопрос Акива.

— Мало того! Шош не только отрицала свой грех, но и выдвинула встречное обвинение – дескать, Тевель и Юваль подглядывали за ней, за обнаженной, во время купания, и, распалившись в отвратительном старческом любострастии, пытались принудить бедную к совокуплению, а в случае отказа грозили ославить как прелюбодейку! В приступе своем похоть не ведает стыда.

— Вот те на! Была одна подозреваемая, а теперь их трое. Дело усложняется, однако.

— Пока сорвем цветки, ягодками полакомимся потом, – со знанием дела пообещал Даниэль.

— Без твоего мастерства задачу не решить! – подольстился Акива во искупление недавней промашки.

— Полно, дружок. Ведь мы свои же люди! Славу, мрамор и бронзу поделим поровну на двоих. Спайка – вот наш девиз. Под этим знаком победим!

— Вперед и вместе! Дай мне самую сложную работу, Даниэль!

— Рад твоему рвению, Акива, и уж приготовил тебе задание. Слушай внимательно. Чтобы оценить меру искренности Шош, нам необходимо проникнуть в душу к этой женщине. Не сомневаюсь, ты это сделаешь лучше меня, ибо владеешь ключом то ли от тяжелых ворот, то ли от легкой калитки. Ты спросишь, почему я уверен в твоем перевесе? Отвечу: во-первых, ровесничество увеличивает вероятие откровенности, а, во-вторых, ты ей интересен (я помню ее взгляд в твою сторону), вот и воспользуйся своим преимуществом для общего дела! А как за него приняться – сам придумай. Коли есть ключ – поверни его!

— С радостью принимаю твое поручение, дядя!

— Вижу, глаза твои загорелись, дружок. Не увлекайся, будь осторожен. Ты понимаешь, что я имею в виду. Ни на минуту не забывай: чистота помыслов и деяний служителя закона обязана быть его первой, а, вернее, единственной натурой!

— Положись на меня, доверяй мне!

— Завтра приступай!

* * *

“Вот случай отличиться! – возрадовался Акива, – я удивлю учителя, я придумаю нечто новое в дознании, мой талант будет оценен. Предлог для знакомства с Шош я изобрету!”

— Мир тебе, доблестный хранитель семейного добра и добра супружеского целомудрия, – приветствовал Акива сторожа у ворот имения Иоакима.

— Я узнал тебя, Акива, – прозвучал ответ, – с чем пожаловал?