Книга Кровь Десяти, страница 76 – Рия Райд

— Я тоже его понимаю, – признал Кристиан.

Изабель шагнула навстречу и положила ладони ему на грудь. Когда она подняла голову и их лица оказались в паре дюймов, отблески слез в ее глазах напоминали Кристиану мерцание алмазов. На щеках Изабель выступили алые пятна, как всегда, когда она волновалась, и он не удержался от того, чтобы поднять руку и провести большим пальцем вдоль ее скулы.

— Крис, мне кажется, будь я на месте Константина, то поступила бы так же, – почти шепотом призналась Изабель. – Я бы убила того, кто бы только посмел тронуть нашего ребенка.

Сердце Кристиана пропустило удар и вдруг забилось так сильно, что он не слышал собственного голоса, когда его ладонь скользнула ей на шею и он притянул Изабель к себе. Ее глаза, прикованные к его лицу, светились странной смесью тревоги и надежды.

— Изи, этого никогда не случится, я клянусь тебе жизнью. Я не позволю никому навредить ни тебе, ни нашим детям. Помнишь тот день, когда мы были в резиденции Понтешен? Пять лет назад. Сколько раз ты тогда повторила мне, что я не Константин? И что я никогда не стану таким, как он? Жизнь – это череда выборов… Помнишь? Если надо, я готов повторить хоть тысячу раз, что и ты не Пенелопа. Я никогда не позволю никому причинить вред тебе или нашим детям, и, Десять свидетели, я никогда, никогда не откажусь от тебя, – выдохнул он.

Ему казалась, его сердце разорвется от чувств, Изабель прижалась к нему и улыбнулась сквозь слезы. Он поцеловал ее, ощутив вкус соли, и притянул ближе, углубляя поцелуй, чередуя в нем нежность и отчаянное желание, проводя языком по изгибу губ.

— Ты говоришь так, будто у нас уже есть дети, – задыхаясь между поцелуями, засмеялась Изабель. Ее руки обвили его шею, а пальцы коснулись волос.

— Ты вообще-то тоже, – напомнил Кристиан, когда ему все же пришлось от нее оторваться. Тяжело дыша, он прислонился лбом к ее лбу, его ладонь легла на заднюю часть ее шеи, не позволяя ей отстраниться. Кристиан надеялся, что не дрожал. Что его волнение, мучительно пульсирующее в груди, ощущал только он сам. – Я хочу, чтобы все это стало правдой. Ты, я, наша совместная жизнь, дети. Вряд ли в мире есть хоть что-то, чего бы я желал сильнее. – Свободной рукой он нашел ее ладонь и прижал к груди. – Я никогда не думал что то, что я испытываю каждый раз, когда смотрю на тебя, пройдет. Но я ожидал, что оно притупится. Что я к этому привыкну, я был к этому готов. Но, клянусь Десятью, каждый раз это становится лишь сильнее, – прошептал он. – С каждым днем, с каждым часом, с каждой секундой я люблю тебя сильнее. Моя любовь к тебе безгранична.

Изабель сжала его пальцы.

— Как и моя.

Кристиан ощутил, как участилось ее дыхание, когда он вновь поцеловал ее и снова оторвался, чтобы опуститься на колено.

— Крис… – еле слышно выдохнула Изабель, но Кристиан не решился посмотреть ей в глаза до тех пор, пока не закончит.

— Я не прошу ответа сейчас, – сглотнув, сказал он, достав кольцо, – я готов ждать сколько угодно. Когда закончится война, когда от нас отстанет Конгресс, когда Эйлер перестанет вламываться к нам в спальню… – Кристиан знал, что Изабель улыбнулась сквозь слезы, но не мог сделать того же от волнения. – Я готов ждать хоть вечность, ведь даже она не стоит тебя. Но ты должна знать, что нет ни дня, когда бы я не мечтал провести с тобой жизнь, и ни ночи, когда бы, засыпая, я не думал о тебе. Я знаю, что сейчас неподходящее время и место, – поморщившись, быстро добавил Кристиан. Он вдруг осознал, что они остановились прямо посреди дороги, в нескольких метрах от резиденции. – И если ты позволишь, я обещаю спросить тебя еще с десяток раз при других обстоятельствах, я просто хотел, чтобы ты знала, что мне всегда была и будешь нужна лишь ты. И если однажды ты согласишься…