Книга Бывший, в школу! Родительское собрание, страница 42 – Олли Серж

Завариваю себе чаю и почему–то не иду в душ.

Падаю в кресло на балконе и смотрю на ночной район. Кручу в руках телефон.

Сегодня у меня есть бронебойный повод написать Кошкиной. Ну во–первых фотографии, а во–вторых я оставил ее пацану крутую ветровку от Федерации. Савелий будет счастлив. Похоже, парень действительно очень любит спорт.

Открываю ее контакт и с ощущением, будто совершаю прыжок в ледяную воду, отправляю сообщение.

Минута, две, пять… не отвечает.

Пишу про подарок.

Хожу по квартире. Снова тишина.

Ну хватит, Самсонов! Может быть, она уже спокойно спит. Завтра же рабочий день. Не девчонка же она в ночи с мужиком переписки вести!

Психанув на свои эмоции, всё–тки ухожу в ванную. А когда возвращаюсь, неожиданно вижу на экране три пропущенных звонка.

Сердце срывается, пока загружается журнал. Катя? Звонила?

Но нет. Вместо ее номера, высвечивается контакт Савелия.

Перезваниваю. Очень интересно…

— Алло… – слышу, что ребёнок всхлипывает в динамик.

— Сав?! – Напрягаюсь. – Что случилось? Ты чего? Плачешь? Где мама?

— Я… не знаю, – заикается ребёнок. – Она ушла час назад в парк и не приходит.

— Погоди, зачем ей ночью в парк?

— За листиками. На трудыыыыы. Завтра труды…

— Сейчас мы ей позвоним, ты только не переживай!

— Она не берет…

— Все! Спокойно! Какой у вас адрес?

— Акварельная 6. Квартира шестьдесят семь.

— Я сейчас буду. Позвоню тебе в домофон и на телефон сразу. Больше никому не открывай. Понял?

— Да.…

— Десять минут.

Натягиваю на себя одежду, параллельно набирая Кошкину. Гудки, гудки…

Тревога очень быстро вскипает в крови. Где тебя носит то, зараза? Это так не похоже на Катю – оставить ребёнка.

И от этого мне очень не по себе.

Пишу в управляющую и прошу доступ к камерам. Забираю, ключи, документы, подарки для пацана.

Если с тобой всё нормально, Кошкина, клянусь, я поцелую тебя!

И обязательно выхвачу по морде за это.

Только давай с тобой будет всё нормально…

Глава 22. Служба спасения

Катя Кошкина

— Ну разве вы не видите, что я не наркоманка? – Пытаюсь объясниться с молоденьким лейтенантом. – Я листья в парке собирала. Вы в начальной школе делали поделки? Шишки, веточки, мох?

— Зубы мне, дамочка, не заговаривайте, – прихлебывает он из большой чашки чай. – Рейд у нас идет. Под описание подходите…

— Какое описание? – Сжимаю руками голову и зарываюсь пальцами в волосы. Товарищ лейтенант, у меня дома сын остался один. Он плачет, волнуется, он маленький в конце концов… – повышаю голос и сама чуть не плачу.

— Ходить умеет?

— Умеет. Но ему только семь!

— Ну, это раньше надо было думать… Хотите, я к нему ПДН вызову?

— Да прекратите вы! Мне нужен звонок! Я требую, чтобы все происходило по закону, если меня в чем–то обвиняют!

— Вот придет начальник, будет вам телефон. А пока – не велено.

— А когда он придет?

— Часам к четырем утра. Как всех ваших поймают. Что? Не нашла? Вот и расстраиваешься?

— Как вам не стыдно?! Я учитель начальных классов. Мы проходим регулярно всех врачей! Выпустите меня немедленно, или клянусь, что подам в суд.

— Не подадите.… – звенит ложкой. – Потому что правда со временем забудется, а тот факт, что вас доставили в отдел, как закладщицу, останется.

— Это как–то кошмар, Господи…

С силой я несколько раз бью ладонями по решетке КПЗ.