Книга Порочная невинность, страница 88 – Пайпер Рейн

— Извини, я бы никогда… Он сказал мне, что вы женитесь по расчету. Если бы я знала…

Аврора возмущенно меня перебивает:

— Извинения вряд ли могут компенсировать тот факт, что ты спала с моим женихом.

Я опускаю голову:

— Верно.

— Или тот, что ты при первой возможности попыталась настроить моего жениха против меня.

Я вскидываю голову:

— То есть?

— Ой, не притворяйся! Думаешь, я не знаю: ты убеждала его, что я предатель?

— Здравствуй, София.

Я резко оборачиваюсь, услышав за спиной мужской голос. Через секунду до меня доходит, кто стоит в темноте.

— Конор! Что ты здесь делаешь?

— Аврора сообщила, что у нас возникла небольшая проблема.

Он подходит ближе. Оказавшись между ними, я инстинктивно отступаю назад и в результате приближаюсь к краю.

Сердце выскакивает, трудно дышать.

— А в чем проблема? Я рассказала Антонио, и все. Я не собиралась говорить кому-то еще.

Я верчу головой, пытаясь уследить за любовниками.

— Чем докажешь?

Оба наступают.

— Мне безразлично, кто отец ее ребенка. Мы с Антонио расстались! Между нами все кончено!

Конор резко замирает и поворачивается к Авроре.

— У тебя будет ребенок?

Аврора смотрит на меня с ненавистью, затем буквально меняется в лице и переводит невинный взгляд на Конора.

— Я пока не хотела тебе говорить. Было еще рано.

— А этому ублюдку сказала?

Конор забыл обо мне и сосредоточился на Авроре – поворачивается и идет прямо к ней.

— Я не планировала ему говорить. Он нашел тест и загнал меня в угол. Я не сказала ему, кто отец.

— А от меня почему скрывала? Я думал, ты меня любишь.

Кося одним глазом на них, я постепенно отхожу от края.

— Люблю. – Аврора подходит к нему и берет за подбородок. – Очень. Поэтому решила отказаться от встреч. Антонио стал подозрительным и хотел выяснить, кто отец. Я тебя защищала! И будь с ребенком все хорошо…

— А что случилось?

Я украдкой продвигаюсь к двери, осторожно переставляя ноги и стараясь производить как можно меньше шума.

— Я потеряла ребенка, в прошлые выходные. Из-за этого всю неделю не выходила из комнаты. Я страшно расстроилась, не могла набраться сил тебе сказать…

Мне становится жаль Аврору, однако я одергиваю себя: нашла кому сочувствовать. Не знаю, какие у нее планы насчет меня, только ничего хорошего меня здесь не ждет.

Конор обнимает ее, прижимает к груди.

— А София опять все испортила. Рассказала тебе о ребенке раньше меня.

Я замираю и оглядываюсь на них через плечо. Аврора отрывается от Конора и смотрит туда, где я стояла, потом резко поворачивает голову и замечает меня.

— Она уходит!

Конор находит меня взглядом в тусклом свете фонарей и мягко отодвигает Аврору с дороги. Я разворачиваюсь и бегу во весь дух к двери, зная, что, если не успею, мне не уйти отсюда живой. Конор настигает меня в двух футах от двери, толкает на пол и наваливается сверху. Я лежу, тяжело дыша, и думаю об одном: если даже пришел мой последний час, мне посчастливилось испытать в жизни настоящую любовь – с Антонио.

Часов в одиннадцать я стою под душем, как вдруг раздается громкий стук в дверь. Я выбегаю из ванной. Стук повторяется, и я натягиваю штаны.

— Кому там неймется? Подождите!

Я влезаю в футболку и распахиваю дверь. На пороге стоит Томмазо с выпученными глазами. Он держит в руке стаканчик кофе из «Амброзии».