Книга Дети Богов и Воинов, страница 117 – Шона Лоулес

— Да, Броккан – мой племянник, – спокойно сказала я, – но люди часто думают, что сын, и священники не раз называли меня грешницей. А когда они выносят приговор, никто уже не хочет разбираться, где правда – и меня прогоняют прочь.

Мурха по-прежнему не сводил с меня пристального взгляда.

— Тогда почему ты не последовала моему совету и не вернулась в ро Лонона?

«Потому что мне приказали следить за тобой в Киллало».

Качая головой, я непослушными пальцами попыталась открыть горшочек с лавандой.

— Я не хочу, чтобы о нас с Брокканом заботились из благодарности. Это неправильно.

Мурха и бровью не повел.

— Значит, ты просто гордая.

— Нет.

— Либо тебе нет дела до племянника, а в этом я сомневаюсь.

— Прошу прощения? – Я подняла на него взгляд.

— За два года Броккан еще сильнее отощал, и сразу видно, что он не привык играть с другими детьми. В следующий раз задержись где-нибудь подольше – хотя бы пока он не подрастет.

Как ни раздражали меня его слова, отрицать их правоту казалось бессмысленным. Броккан действительно слишком исхудал – я замечала это не хуже Мурхи. Растущее тело мальчика не могло обходиться только дикими ягодами и кореньями. Куда важнее, что мне необходимо задержаться именно в Киллало, но я ждала, пока Мурха сам это предложит.

— Откуда ты родом? – сурово спросил он. – Ты разве не можешь вернуться домой?

Мурха переступил с ноги на ногу, явно не собираясь уходить без ответа. Я уставилась в землю, чтобы избежать его взгляда. Никак нельзя обсуждать с ним мое прошлое. Если ответ ему не понравится, он прогонит меня из Киллало, а от этого зависит судьба Броккана. Просто будь вежливее, Фоула. Говори вежливо и думай головой.

— Я… Э…

— Привет, Мурха! – Броккан выскочил из шатра и подпрыгнул, протягивая руки к небу. Мой юный племянник улыбался до ушей и был полон жизни.

— Доброе утро, Броккан. – Губы Мурхи вновь тронула улыбка, и его вопрос остался в прошлом. – Не хочешь сегодня зайти к нам в дун? Тарлаху нужен помощник на конюшне.

— Кто такой Тарлах? – нахмурилась я.

— Мой сын.

Броккан запрыгнул на мои колени.

— Мы вчера играли с ним на холме, помнишь?

Теперь я поняла, что Тарлах – тот самый мальчик, которого Мурха закинул на плечи. Если Броккан подружится с внуком самого короля, это не останется незамеченным.

— Не знаю, Броккан. Лошади иногда опасны.

— Ну пожалуйста, тетя Фоула. Можно пойти? Обещаю, все будет хорошо.

На лице малыша отразилось отчаяние, и у меня не повернулся язык сказать «нет».

— За конюшню отвечает мой двоюродный брат Оха, – вставил Мурха. – Он знает, что можно поручить мальчишкам, а что нельзя. Даю слово.

— Но я не хочу…

Броккан упал мне в ноги.

— Ну пожа-а-алуйста, тетя Фоула!

— Фоула, почему бы тебе самой не зайти в наш дун и не осмотреть конюшни? – предложил Мурха. – Пойдем. Я тебе все покажу, и ты увидишь, что волноваться не о чем.

Он призывно помахал рукой, и Броккан поскакал к дуну, точь-в-точь как его любимые оленята.

Каждый мускул моего тела требовал замереть на месте, но я не могла позволить себе снова оскорбить принца. К тому же его слова больше походили на приказ, нежели на просьбу. Высокие каменные стены дуна, нависающие над рекой, придавали ему сходство с гробницей, а от стражников с заточенными клинками у меня мурашки бежали по коже. Не существовало места хуже этого: рассадник злобных мужчин с темными замыслами и коварными улыбками.