Книга Долг, страница 94 – Алексис Опсокополос

— Декки сегодня будет нам помогать, — пояснил Дьяниш, поймав мой удивлённый взгляд. — Вы, князь, уже неплохо уходите в сдвиг. Пора переходить на следующий уровень — тренировать уход с «пассажиром».

За сутки до отправки в каганат наши планы немного изменились — Александр Петрович решил прибыть в Туркестан к полудню, чтобы уже за обедом составить компанию кагану. Учитывая трёхчасовую разницу во времени между столицами Тюркского каганата и России, выдвинулись мы в восемь утра, порталом сразу из кабинета кесаря в Российское посольство в Туркестане.

На выходе из портала нас встретил посол России в каганате, вместе с которым мы и отправились в резиденцию кагана. Поехали на посольском представительском лимузине — несмотря на дружбу кесаря с каганом, протокол требовал прибытия именно таким образом.

В процессе езды я с интересом рассматривал в окно столицу каганата. Признаться, я ожидал от неё чего-то другого, рассчитывал увидеть восточный город с почти двухтысячелетней историей, а моему взору открылся современный европейский мегаполис. Казалось, будто мы едем по Москва-Сити или деловому кварталу Барселоны, лишь рекламные вывески на казахском языке напоминали, что мы находимся в столице Тюркского каганата.

По дороге я познакомился с послом. Его звали Вячеслав Фёдорович Лукин, и он, к моему удивлению, не был ни одарённым, ни аристократом. Из чего я сделал вывод, что должность свою он получил исключительно за недюжинные профессиональные качества. Посол объяснил мне, что так называемый старый город находится в другой части Туркестана, и если я желаю познакомиться с древней архитектурой и посетить знаменитый мавзолей Ходжи Ахмеда Ясави, и если у меня будет на это время, то Вячеслав Фёдорович может дать мне водителя и хорошего гида.

До резиденции кагана мы доехали за полчаса. Абылай встречал нас лично. По тому, как они с Александром Петровичем обнялись, я понял, что этих двух государственных деятелей действительно связывает настоящая дружба — ну просто невозможно было настолько демонстративно лицемерить, работая на публику, да и смысла в этом не было. И мне стало очень любопытно, как и при каких обстоятельствах Романов и Абылай стали друзьями.

Надо признаться, каган произвёл на меня сильное впечатление. И неоднозначное. Сначала я очень удивился. До этого я видел главу каганата только на фотографиях и несколько раз на видео. Специально ли это было сделано или так случайно вышло, то он казался на фото и видео довольно крупным, а по факту это был невысокий, примерно метр семьдесят, мужчина, худощавый, с тонкими правильными чертами лица и длинными чёрными волосами, заплетёнными в косу.

И с невероятной харизмой, которая чувствовалась на расстоянии. Возможно, это было действие какой-то особой магии, которая влияла на меня, несмотря на все мои защиты, но, скорее всего, дело было в широкой, открытой улыбке кагана, его светящихся радостью глазах и мягком бархатном голосе. И в его невероятно радушном поведении.

А ещё меня очень удивило окружение Абылая — он вышел нас встречать в сопровождении двух сногсшибательных высоких блондинок, черноволосой восточной красавицы и какого-то мужчины, одетого в арабский дишдаш — белую, свободную и длинную хлопчатобумажную рубаху. Блондинки были одеты в униформу и вооружены саблями, судя по всему, они являлись персональной охраной кагана; кем были араб и брюнетка, оставалось лишь догадываться.