Книга Долг, страница 96 – Алексис Опсокополос

— Я здесь не хозяйка, — ответила Айсулу улыбнувшись. — Но спасибо за комплимент.

Дочь кагана, как и её отец, свободно говорила по-русски, правда, в её речи чувствовался совсем небольшой акцент, но это вкупе с её внешностью лишь добавляло ей шарма. Айсулу улыбнулась и жестом пригласила меня пройти к входу во дворец, что я с радостью и сделал. Суровые блондинки с саблями последовали за нами, видимо, это были телохранители не кагана, а его дочери.

*****

— Филипп Александрович, Варвара Георгиевна, благодарю вас, что согласились принять меня в вашем имении! — произнёс князь Милютин, присаживаясь на диван в гостиной особняка Васильевых.

— Разговору в стенах вашего кабинета я всегда предпочту беседу дома, — довольно грубо ответила графиня, сразу давая понять генералу КФБ, что видеть его не рады.

— У меня нет возможности пригласить вас в свой кабинет, — улыбнувшись, заметил Милютин. — Мои полномочия ограничиваются столицей, поэтому я и выразил вам свою благодарность.

— Мы все знаем, что ваши полномочия ничем не ограничиваются.

— Хорошо, пусть будет так, — согласился Милютин. — Вы ведь догадываетесь, зачем я приехал?

— Не имеем ни малейшего представления, — ответил граф Васильев.

— Но понимаем, что ничего хорошего это нам не сулит, — добавила графиня.

— Хорошего же Вы обо мне мнения, Варвара Георгиевна, — сказал глава столичного КФБ и в очередной раз улыбнулся.

— Оно сложилось не на пустом месте, Иван Иванович, — ответила Васильева. — И я буду признательна Вам, если мы перейдём к делу. Что Вы хотите от нас в этот раз?

— Я хочу поговорить о вашей дочери.

— Вы вдруг поняли, что не до конца сломали Анне жизнь и хотите исправить этот момент?

— Наоборот, я хочу, чтобы ваша дочь была счастлива.

— Так оставьте её в покое! — особо не скрывая своё негодование, произнесла графиня. — Я не знаю, что Вам нужно в этот раз, но я уверена, что ничем хорошим для Анны это опять не закончится. Отстаньте от неё! Мы сами позаботимся, чтобы наша дочь была счастливой!

— Вы говорите о вашем желании сделать дочь счастливой, но отчего же вы тогда не разрешаете ей выйти замуж за Глеба Денисова? — спросил Милютин, и этим вопросом он окончательно вывел графиню из себя.

— А вот это уже не Ваше дело! — воскликнула Варвара Георгиевна.

— Дорогая! Не стоит настолько повышать градус нашего разговора! — произнёс граф Васильев, не давая жене сказать лишнего, после чего он обратился к Милютину: — Позвольте узнать, Иван Иванович, какое Вы имеете отношение ко всему этому?

— Скажем так, я чувствую за собой некоторую вину, — признался Милютин. — Ведь в том числе и из-за моей работы сорвалась свадьба Ани и Глеба. Поэтому я хотел бы помочь ребятам, ведь они любят друг друга.

— Право не стоит, всё, что Вы могли сделать, Вы уже сделали, — процедила сквозь зубы Васильева. — И мы будем очень Вам благодарны, если Вы оставите в покое Анну и всю нашу семью! Мы не хотим иметь ничего общего с Денисовыми!

Милютин вздохнул и с сожалением проговорил:

— Что-то не клеится у нас разговор.

— И хорошо, что Вы это понимаете, — сказала графиня.

— Но я думаю, у нас всё же есть шанс договориться.

— Иван Иванович! — снова вступил в разговор граф. — Давайте начистоту. После всем известных событий наша семья понесла серьёзные репутационные потери, и всё это в первую очередь из-за Денисовых. Вы знаете, что у нас и раньше были проблемы, а сейчас они лишь усугубились. И если раньше Денисовы могли нам помочь выплыть, то сейчас они, практически опустившись на самое дно, утащат нас за собой. Мы этого не хотим, и Вы должны это понимать.