Книга Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1, страница 271 – Юй Сы

— Снова мой отпечаток? – спросил Цин Юйдунь. Ни один мускул не дрогнул на его лице, когда Дай Юнь серьезно кивнул. Он казался таким же отстраненным, как и обычно, как будто, даже обрушься на него Небеса, он бы и бровью не повел.

Дай Юнь вздохнул.

— Почему они так усердно пытаются тебя очернить, но при этом жаждут твоей смерти? – спросил он, но ответа не ожидал, скорее – размышлял вслух.

— Думаю, потому что я Хранитель Барьера, – отозвался тот. – И… Великий Демон как будто имеет против меня личную неприязнь.

— У него к каждому заклинателю праведного пути личная неприязнь, – возразил Дай Юнь, но слова Цин Юйдуня, тем не менее, заставили его задуматься. Казалось, и правда Цин Юйдунь заслужил какое-то особое внимание хозяина территории за Нефритовым барьером – ведь всем известно, что секта Цихэй служит ему. Но, к сожалению, Дай Юнь понятия не имел, с чем это связано. Хранителей Нефритового барьера было больше десятка, почему Великий Демон нацелился на старейшину Цунчжэ? Неужто позавидовал его репутации красивейшего заклинателя Поднебесной? Что за шутка!

— Думаешь, стоит его уничтожить? – между тем спросил Цин Юйдунь.

— Да. Не носи его с собой. Кажется, он притягивается к твоему золотому ядру из-за отпечатка души, – нахмурился Дай Юнь. – И не позволяй никому узнать об этом.

— Ты прав.

Стоило Цин Юйдуню произнести эти слова, как Призрачный кинжал вонзился в клинок, раскалывая пополам. Темная ци облаком взвилась вверх и полетела к старейшине Цунчжэ, но тот легким взмахом рукава поставил щит. Ци ударилась об него и отскочила обратно к Дай Юню. Он начертил в воздухе черные знаки, которые поглотили темную энергию, не оставив и следа. На столе остался только сломанный кинжал, выглядящий по-прежнему неприятно и кроваво, но при этом не вызывающий никакого чувства опасности.

— Ты хорош, – похвалил Цин Юйдунь.

— Это мое призвание, – ответил Дай Юнь, принимая комплимент. – Не зря меня прозвали Призрачным старейшиной.

Цин Юйдунь издал легкий смешок – настолько тихий, что казалось, он послышался старейшине Кунци.

— И ты не против этого прозвища? – с долей любопытства спросил его Цин Юйдунь.

— Если бы ты знал, как называют тебя, ты бы так не говорил, – грубо хохотнул Дай Юнь. Хлопнув по колену, он поднялся с места, убирая свой странный кинжал в ножны. – Я пойду.

— Ага, – отозвался Цин Юйдунь, и его лицо приобрело задумчивое выражение, как только двери сошлись за спиной Дай Юня. У него тоже было прозвище?

Все ученики секты Юньхэ собрались в большом дворе резиденции. У каждого на спине был узелок с вещами, и все они возбужденно переглядывались и перешептывались, глазея на три фигуры, стоящие чуть поодаль.

Цин Юйдунь достал из рукава деревянный корабль. Тот казался крошечной, ни на что не способной игрушкой – такую любой не особо искусный мастер вырежет за шичэнь. Цин Юйдунь поставил духовное судно на землю и отошел в сторону. Затем трое старейшин встали вокруг него и сложили ладони в печати. Цин Юйдунь начертил в воздухе сложные символы, и от его ладоней полился яркий свет. В то же время от ладоней Дай Юня начал исходить серый туман, а от Хао Лэя – красноватое сияние. Ученики, стоящие ближе всего к старейшинам, ощутили мощный энергетический толчок и невольно отступили на шаг. Юй Ху же с любопытством уставился на деревянный корабль на земле.