Книга Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1, страница 197 – Юй Сы

— Да, Учитель, – послушно кивнул Дракон.

— Секта Юньхэ, уходим, – скомандовал Цин Юйдунь, направляясь к выходу из шатра.

Однако, стоило ему откинуть тяжелую ткань и выйти на солнце, как он наткнулся на молодого мужчину. Он был невысок и изящен, точно бамбук, одет в короткий халат приятного коричного оттенка с узкими рукавами и наручами. Половина его длинных шелковистых волос была забрана под гуань, а остальная мягко лежала на плечах. У него было приятное, еще как будто юное, почти кукольное лицо с маленьким носом и губами, а его карие глаза внимательно уставились на Цин Юйдуня. Он расслабленно стоял, опираясь на длинную алебарду-яньюэдао^[141] с красным древком и изогнутым полумесяцем лезвием.

— Старейшина Цунчжэ. – Губы его изогнулись в улыбке, обнажая милые ямочки на щеках. Он оценивающе окинул Цин Юйдуня взглядом с ног до головы.

— Глава клана Кролика, – слегка склонил голову тот.

Это был тот самый Мао Сун, четвертый в списке сильнейших заклинателей Поднебесной, со своей знаменитой Лунной алебардой.

— Вы наконец здесь, – голос у Кролика был приятный и мягкий, – как жаль, что я оказался на шаг позади и не успел вызвать вас на бой. Кто-то бросил вам вызов на все дни. Вы знаете этого заклинателя?

— Нет, – качнул головой Цин Юйдунь.

— О? – удивленно поднял брови Мао Сун. – Теперь я еще сильнее удивлен, старейшина. Что ж, буду надеяться, нам еще выпадет шанс сразиться. – Он отвесил легкий поклон и направился дальше – к арене кланов.

У него была легкая, чуть подпрыгивающая походка, а алебарда казалась слишком большой, возвышаясь на две головы над ним. Цин Юйдунь посмотрел ему вслед: из всех глав Двенадцати кланов Мао Сун был, пожалуй, одним из самых доброжелательных к нему, ледяному старейшине. Неконфликтный, спокойный, умный, Мао Сун стал самым молодым главой среди Духов-хранителей. Он занял свой пост всего около десяти лет назад, в столетнем возрасте и уже обрел большую популярность среди совершенствующихся. Было множество заклинательниц, которые не отказались бы стать его партнершами по парному совершенствованию.

— Пойдемте на свои места, – сказал старейшина, отворачиваясь и направляясь к сектору Юньхэ на трибунах.

Мало-помалу места заполнялись людьми. Цин Юйдунь с учениками и другими старейшинами медленно шел мимо рядов сидений и бесконечных лестниц. Хао Лэй не прекращал раскланиваться, кого-то окликать, а потом и вовсе махнул рукой, мол, «идите без меня», когда встретил очередного знакомого. Цин Юйдунь же был как камень, катящийся вниз со скалы: перед ним расступались и лишь кланялись: «Старейшина Цунчжэ». Никто не осмеливался заговорить с ним, но почти все, кто узнавал его, перешептывались:

— Это же старейшина Цунчжэ!

— О Владыка, ты уже видел списки сект? Кто-то вызвал его на все десять боев!

— Да ладно? Разве он не прорвался на стадию Формирования души? Он теперь один из сильнейших. Кто его вызвал?

— Понятия не имею, никто не знает того заклинателя. Он, верно, сожрал печень леопарда, раз вызвал старейшину Цунчжэ на бой!

— Или это просто сумасшедший, судя по его имени.

— Ха, десять боев! Неужто этот Эрлан думает, что выдержит хоть один? Да надо быть гением… Посмотри на старейшину – даже от его вида становится холодно…

— Тс! Говори тише…

Цин Юйдунь спокойно продолжал свой путь, не обращая внимания на шепотки. Дойдя до сектора Юньхэ, он кивнул ученикам.