Книга Последняя надежда драконьего императора, страница 37 – Виктория Чара

— Ну вот, сопли развесила, — проворчала Таисия, — вон после гоблинов смотри сколько деревяшек осталось, покидай в печь, я запалю и будет тебе ужин. Давай, давай, не раскисай!

Не, без нее я бы здесь и дня не продержалась! Но ее самоотверженный порыв пришлось притормозить.

— Ну уж нет, Таисия, — веско сказала я. — Ты у нас мозг всей операции по выживанию в этом драконьем мире, а не зажигалка. И потом, ты мой единственный друг, я тобой дорожу и печку топить не позволю.

— Тогда сооруди себе что-то вроде вечного полена и вечного огнива! — продолжала фонтанировать идеями скрепка. — Не все же людям раздавать, себе тоже намагичь удобства разные?

А ведь и правда, как это я раньше не подумала! Я выскочила во двор, цапнула обычный булыжник и обрезок бруска, уцелевший после гоблинов. Вернувшись, запихнула их по очереди в чудо-печку и через несколько минут уже имела камень, который поджигал все, если я скажу «огонь» и толстое несгорающее полено.

Во дворе я сложила их вместе в летнюю печку, и из жаровни тут же вырвалось ровное пламя! Поставила на него чайник.

За день мой садоводческий эксперимент с ягодами дал первые результаты — в моем огородике появились три куста черной смородины. Ягоды поспеть еще не успели, зато из листьев можно было заваривать самый вкусный чай в мире!

Так я и сделала.

С ягодным пирогом экспериментировать не стала — оставшуюся корку от яблочного пирога и остатки ягод отправила в артефактную печку. И так замечталась, вспоминая бабушкины пироги, что…

— Ручку дергай! — завопила с пола Таисия.

А и правда! Засыпаю на ходу. Повернула ручку — получила пирог.

Потом бросила на сковородку масло, нарезала хлеб тонкими ломтями, искупала их во взбитых яйцах и отправила жариться, щедро засыпав сверху тертым сыром. Сыр начал лениво плавиться, превращаясь в золотистую, хрустящую, пузырящуюся корочку. Запах пошел такой, что голова закружилась!

И в этот момент я спиной почувствовала его взгляд.

Мне даже оборачиваться было не нужно, чтобы узнать, кто снова решил меня навестить.

Ну вот что ему опять надо, а?

Нацепила свою дежурную улыбочку, от которой за день уже щеки болели и обернулась.

Из сизых сумерек на свет жаровни шагнул Рэйвен. В простой темной рубашке с небрежно засученными рукавами он выглядел обманчиво просто, если бы не хищная осанка и золотые глаза со зрачками-ниточками.

— Решила вытравить половину столицы удушливым дымом? — его голос звучал холодно и высокомерно.

На языке вертелось много разных слов, что накопилось за эти два дня, но Таисия пребольно пихнула меня кулаком в щеку. И я продолжила улыбаться.

— Это мой ужин, Ваше Величество. Присоединяйтесь?

— Нет, — отрезал он так резко, словно хлыстом по траве стеганул.

Однако уходить не торопился. Его взгляд хищно заскользил по двору и окнам дома. По его лицу было прямо-таки видно, как в чешуйчатой голове крутятся шестеренки: он явно чего-то хотел, но не говорил, чего.

— Ладно, — высокомерно процедил он, присаживаясь за деревянный стол. — Только чай.

Я налила ему чая. Дракон брезгливо покосился на дымящуюся тарелку, которую я решительно пододвинула к нему.

— И всё же, что это?

— Это жареный сыр.

— Сыр никто не жарит, — сурово отчеканил этот ходячий сборник правил. — Сыр нельзя жарить, это все знают. Его едят с вином, а не шкварчат на сковороде.